- 16 августа, 2017 -
на линии
Войны

Когда и как добьют терроризм в Сирии

Нигде и никогда война не является самоцелью. Она ведется ради условий, на которых позже будет заключен мир.

Очень важно помнить, что и в Дамаске, и в Москве с самого начала говорили, что военного решения у сирийского кризиса просто нет в принципе, и любое разрешение конфликта может быть только политическим.

Республиканцы Сирии (то есть сторонники светского существующего государства) ориентируются на национальное примирение и демократию хотя бы для того, чтобы обеспечить себе поддержку большинства сирийского народа на свободных выборах (американское ЦРУ открыто говорит, что от 60 до 70 процентов сирийцев поддерживают линию Башара аль-Асада, 25% против правительства, но считают, что “Башар лучше войны” и только 5-10 процентов категорически против режима).

Сирия, напомню — вовсе не диктатура, не тирания и даже не автократия, как нас пытаются уверить западные СМИ, прикормленные богатенькими монархистами из стран Персидского залива. Это вполне себе демократия (пусть и в условиях военных действий) со всеми ее как положительными, так и отрицательными сторонами: с четырнадцатью партиями в парламенте от коммунистов до националистов, либералов и социалистов.

В Дамаске, - автор давно уже про это рассказывает, но мало кто ему верит - парламентарии ведут активную деятельность, принимают бюджет и законы, пытаются обеспечить синекуры своим сторонникам, делят министерства и госкомпании, грызутся за бюджетные деньги, устраивают друг другу мелкие пакости, лоббируют интересы промышленников и торговцев, готовятся к следующим выборам, пытаются расколоть партии соперников. В общем, политическая жизнь бьет ключом. Что до СМИ, в стране издаются многочисленные газеты и журналы как оппозиционной, так и проправительственной направленности. Правда, с телевидением сложнее, а в условиях экономического кризиса цены на интернет кусаются, но еще до войны Асад построил завод по производству спутниковых антенн и приемников, так что сирийцы смотрят телеканалы всех арабских стран, как правило, критично настроенных к официальному Дамаску.

Среди республиканцев - и голуби, и ястребы признают, что политическое решение единственно приемлемо: нужно не уничтожать мятежников, а вынудить их сложить оружие и перейти к политической агитации, предоставив гарантии как личной безопасности, так и политических прав. Вопрос только в том, что есть цель, а что - средства ее достижения, и можно ли достичь политического урегулирования без силовых решений (трудно реализовывать права политических активистов на избрание в парламент, когда кандидата могут просто убить).

Напротив, мятежники больше всего боятся открытого волеизъявления. Им необходимо иметь возможность силой заткнуть голоса сторонников республики – именно отсюда и проистекает их ультимативное требование отставки президента и недопущения его кандидатуры на выборах, просто потому, что им не удалось за 6 лет мятежа вырастить ни одного популярного лидера, способного побить Башара на честных выборах. У мятежников просто нет иного выбора, если они хотят власти (а они ее очень хотят!), кроме как лишить (или, по меньшей мере, ограничить) своих оппонентов права избирать и быть избранным. Их возглавляют опытные люди, группирующиеся вокруг Абдель Халим Хаддама - запредельно коррумпированного и очень умного и расчётливого человека, отлично знающего национальную психологию, долго бывшего правой рукой предыдущего президента и даже несколько лет бывшего вице-президентом при нынешнем.

Решимость и силы сирийских путчистов поддерживались надеждой на интервенцию США или европейских держав, но именно в этом и состояла главная цель участия российских ВКС в сирийской войне - не допустить агрессии НАТО против суверенной страны, и они ее достойно выполнили.

Конечно, республиканцы в Сирии попали в тяжёлую ситуацию – трудно найти баланс между необходимой жёсткостью и жестокостью.

Лучшая пехота мира

Как ни странно прозвучит — республиканцы за все годы войны даже не объявили всеобщей мобилизации. Сирийская армия - призывная, и за 6 лет войны при двухлетнем сроке службы ее состав поменялся уже трижды. А, что ни говори, у ИГИЛ* лучшая пехота в мире (пожалуй, разве что бойцы Хизбаллы могли бы претендовать с не меньшим основанием на этот статус. И, может быть, афганские талибы).

Боевики ИГИЛ имеют огромный боевой опыт по всему ближнему Востоку, они спаяны, находятся в самом расцвете сил: 30-40-летние мужики, высочайший уровень морально-политической подготовки, хоть и очень своеобразной. К ним примкнули опытные иракские командиры, уделяющие большое внимание боевому сколачиванию частей и подразделений. И вот именно их смогли остановить (при помощи, конечно, российских ВКС и добровольцев) сирийские восемнадцатилетние мальчишки.

Ваш автор свидетельствует: еще в 2012 году известный заместитель министра иностранных дел Сирии Фейсал Микдад говорил российской делегации, посетившей Дамаск во время парламентских выборов, что активная фаза войны продлится лет пять, после чего мятежники будут вынуждены согласиться на переговоры. И руководство в Дамаске готовилось к этому развитию событий.

Республиканцы были лишены шапкозакидательства, они осознавали серьезность военных усилий антисирийской коалиции, относились с уважением к неприятельским войскам, признавая их храбрость, и проявляли человеческое отношение к пленным и к населению, поддержавшему мятежников. В Дамаске осознавали весь требуемый огромный масштаб напряжения и тяжелых жертв от широких народных масс, необходимых для победы, понимая что война неизбежно станет войной на истощение. И Сирия оказалась к ней готовой.

Сирийцы говорят, что их удивило, насколько блестящим Верховным главнокомандующим оказался Башар аль Асад. “Война, — говорил в свое время Клаузевиц, - область недостоверного: три четверти того, на чём строится действие на войне, лежит в тумане неизвестности, и следовательно, чтобы вскрыть истину, требуется прежде всего тонкий, гибкий, проницательный ум”. И Башар оказалс обладателем такого ума. Именно он постоянно разъяснял своим сторонникам, что даже самое искреннее желание перескочить через промежуточные этапы не является инструментом победы, а собственное нетерпение не следует рассматривать как стратегический или тактический аргумент.

И сейчас республиканцы напоминают, что их целью в войне является мир. Просто примирение с противником, чтобы вопрос о том, кто возглавит Сирию, решался не на полях сражений, а на избирательных участках. И в Дамаске и Москве готовы разговаривать со всеми нетеррористами, а на вопрос: кого называть террористом?, - отвечают очень просто: “нетеррористы” вне зависимости от их отношения к правительству согласны принимать участие в свободных и демократичных выборах в Сирии. А те, кто предпочитает убивать и разрушать, а не выставлять свои кандидатуры и агитировать, кто пытается добиться своих политических целей с помощью убийств и запугивания населения - с теми разговора быть не может.

И похоже, что мятежники будут вынуждены согласиться на мир - их заграничным спонсорам просто надоело выбрасывать на ветер десятки миллиардов долларов в год - себе дешевле выйдет зафиксировать убытки и признать, что ставка на мятеж не сыграла.

Башар аль Асад имеет устойчивую и активную поддержку более чем половины населения Сирии, и верно, что в условиях демократии его сторонники выиграют выборы. Но за этими выборами придут следующие, а смысл существования политической оппозиции и состоит в умении перетерпеть электоральное поражение, дождаться следующих выборов, взять реванш и в конце концов сформировать правительство.

Когда затухнет «исламский» терроризм

И когда в Сирию придет мир, останется только добить непримиримых — тех, с которыми невозможно договориться. К их числу принято относить ИГИЛ, но я не до конца уверен, что основная его часть так и не признает поражения и не сложит оружия.

Верно, что после распада СССР Запад стал мстительно добивать остатки коммунистических идеалов равенства, справедливости, всеобщего счастья, свободы и братства, и верно, что ИГИЛ и Аль-Каида, воспользовавшись этим, смогли перехватить идею протеста, идею отрицания существующего мира, либерального капитализма, западной цивилизации, которая, как все уже убедились, не несет ни свободы, ни справедливости, ни счастья. Но нельзя забывать, что бородатым псевдо-исламистам просто повезло - у них оказались очень большие деньги в нужный момент, когда Запад (как ему казалось) закопал в землю идеалы коммунизма.

Проблема в том, что у идеологов первого века Хиджры в принципе нет ответа на социальные проблемы 21 века. То, что они предлагают, - это иллюзия ответа. И люди, столкнувшиеся со структурами ИГИЛ, обнаружили, что это абсолютно коррумпированное псевдо-государство, ничуть не менее коррумпированое, чем те общества, против которых оно на словах борется. Пока это покрывается демонстративной жестокостью, но на самом деле псевдо-исламисты вовсю ведут переговоры с американцами.

Конечно, и через 50 лет все равно будет кто-то, кто будет сражаться против антигуманистического, человеконенавистнического либерального капитализма, только это будут уже не псевдо-мусульмане из ИГИЛ. 


Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии