- 23 ноября, 2017 -
на линии
Будущее

Индустрия 4.0 и мировой порядок. Часть 2

Начало тут.

...К счастью, если не понимать технологии и процессы, с ними связанные, то можно для других непонимающих представить всё так, будто тёмные тучи день ото дня сгущаются.

В 2014 году General Electric, AT&T, Cisco, IBM и Intel создали Консорциум промышленного интернета (Industrial Internet Consortium/IIC). Среди задач IIC значатся выработка единых информационных стандартов цифровой экономики, её будущая финансовая архитектура и система управления активами. В Кремниевой долине, по замыслу проектантов, должен находиться центр управления новой архитектурой мира. Все необходимые для Индустрии-4.0 данные сегодня концентрируются там (туда же выгружается информация с индивидуальных гаджетов).

Объединение информационной и финансовой инфраструктуры в едином правовом и силовом контуре (TTIP/TTP/НАТО) дает системному администратору операционный контроль над всеми участниками процесса жизнедеятельности человека. Банить можно будет не просто отдельных пользователей, а предприятия, города и страны целиком. Что заставит сисадмина вспомнить свою политическую принадлежность, известно по истории с финансовым администратором.

Вон оно, видите, как? Корпорации уже создали план по порабощению мира и даже столицу определи: она будет в пригородах Сан-Франциско.

Правда, с тайным мировым правительством тут явно что-то нечисто. Поскольку этот коварный консорциум почему-то собирается разрабатывать и внедрять исключительно открытые технологии и стандарты. Что в переводе означает: любой желающий может ознакомиться, как со спецификацией, так и непосредственно с программным кодом.

Да и членство в консорциуме тоже почему-то открытое. В общем, совсем уже докатились со своей глобализацией: даже в тайное мировое правительство теперь берут кого попало — любого желающего.

Тут, обратно же, надо пояснить, про что вообще в таких консорциумах идёт речь.

Дело в том, что так же, как для понимания двух людей нужно, чтобы они оба одновременно знали хотя бы один из человеческих языков, так же и для взаимодействия программ надо, чтобы они умели «излагать» некие данные на одном и том же языке. Это, правда, обычно иначе называется — «протокол взаимодействия» или «формат файла», — но смысл тот же: они обе должны уметь «перевести» что-то со своего внутреннего языка, на тот язык, который понимает другая программа. Или, наоборот, прочитать что-то на том языке, который другая программа тоже понимает.

Одновременно с этим, перевод с языка на язык должен быть взаимно однозначным, а сам язык должен позволять выразить на нём все нужные программе данные.

Поясню на примере. Есть, например, картинки, которые хранятся на компьютере. Однако картинка — это просто файл, содержимое которого трактуется каждой программой. Та программа, которая «знает», каким образом следует трактовать файл в формате, например, «jpg», сможет прочитать его и показать на экране. Или даже, наоборот, записать картинку в этом формате.

Если некие две программы умеют читать и записывать файлы в формате jpg, то этим способом можно передавать картинки из одной программы в другую.

Однако данные, передаваемые в этом формате, скажем так, весьма примитивны: в них записан только лишь цвет каждой точки и размер изображения (ну, там ещё кое-какие сведения есть — про настройки фотоаппарата, на который это снято, например, но не суть), которые сжаты (с потерями) определённым способом, чтобы картинка занимала меньше места. А при обработке картинок во многих программах используется нечто большее.

Например, там может быть несколько слоёв с изображениями, каждый из которых частично прозрачен.

Получается, что есть две программы, каждая из которых умеет внутри себя создавать слои, но передать друг другу они могут только «плоское» изображение — то, где все слои уже слиты воедино. А это неудобно.

Нужен какой-то способ передавать более полную информацию. Но какой? Если одна программа гораздо более популярна, чем другая, скорее всего во второй программе просто введут полную или частичную поддержку того формата, который использует первая, чтобы сохранять всю нужную ей информацию о картинке — слои, прозрачность и т.п.

Однако в пользу кого сделать выбор и как вообще об этом договориться, если обе программы сделаны крупными фирмами и популярны?

Тут есть варианты.

Например, одна из фирм делает некий формат, который не считается её интеллектуальной собственностью и не требует платить роялти за его использование. Этот формат детально описывается и всем желающим предлагается реализовать у себя его поддержку. Если этот формат оказывается достаточно удобен и универсален, то другие фирмы это предложение принимают.

Многие не в курсе, но ряд распространённых форматов именно таков. Например, формат docx (формат Microsoft Word, начиная с 2006-го года) является открытым и свободным, поэтому любой желающий может реализовать его поддержку.

До того используемый Вордом формат doc был закрытым, и даже его описание было довольно тяжело достать.

Но такой фокус выгорает не всегда, поскольку, вообще говоря, фирме довольно сложно учесть потребности софта, который создают не они. При этом необходимость передавать данные из программы в программу никуда не девается.

Чтобы решить эту проблему, создаются организации, подобные пресловутому консорциуму, внутри которых фирмы договариваются об универсальном формате, который будет удобен всем участникам.

Заметьте, не о том, что все участники будут подчиняться тайному правительству. И даже не о том, кто именно будет при помощи этого формата всеми помыкать. А просто о том, что сделать, чтобы обеспечить выгодную вообще всем (включая клиентов) совместимость софта.

Даже само слово «консорциум» означает вот это самое: временное объединение независимых друг от друга организаций, в рамках решения какой-то конкретной задачи.

Грубо говоря, это очень удобно, когда гайка подходит к винту, даже если их выпустили разные производители.

И когда все розетки в стране одинаковые, а вилки всех электроприборов к ним подходят, это далеко не всегда следствие заговора, организованного для порабощения населения.

И то, что Фотошоп умеет сохранять файлы, которые браузеры умеют показывать, это тоже не следствие того, что весь интернет был тайно захвачен фирмой Adobe.

Иными словами, наличие стандарта вовсе не означает, что «выстроена вертикаль, в которую все вписаны и все подчиняются».

И ровно так же, как Фотошоп не рассылает ваши фотки во все места, где установлена хоть какая-то программа, умеющая показывать jpg, разработка данным консорциумом протоколов взаимодействия промышленных приборов, вовсе не означает, что «теперь будет единый центр управления, а всех, кто ему не подчинился, истребят».

Такой центр, кстати, возможно, был бы даже хорошим начинанием, однако этот консорциум даже не собирается его создавать. То, что «будет определена его структура и архитектура центра» — это просто буйная фантазия автора. Или тех, у кого он про это прочитал. Нет, там речь про стандартизацию протоколов взаимодействия автоматических производственных линий между собой. Про совместимость вилок со розетками, грубо говоря.

Равно как вымысел и то, что это — «переход на цифровую экономику».

Уже просто потому, что вообще не ясно, что это за «цифровая экономика» такая. Чем она отличается от текущей? Тем, что «на компьютерах»? Так и текущая уже и так почти что вся на компьютерах. Вы же не думаете, что банки по старинке хранят все сведения на бумажках, написанных от руки.

Или думаете?

Да и бухгалтерские книги тоже как-то всё менее популярны.

Или тем, что

Объединение информационной и финансовой инфраструктуры в едином правовом и силовом контуре (TTIP/TTP/НАТО) даёт системному администратору операционный контроль над всеми участниками процесса жизнедеятельности человека.

А с чего вдруг оно это даёт? Кто вообще даёт «системному администратору» из другой фирмы доступ к своим внутренним данным? Или, тем более, право каким-то образом распоряжаться своими ресурсами?

Или «процессами жизнедеятельности человека»? Как такое вообще технически-то осуществить? Телепатия пока что не обнаружена. Как и способы прямой записи мыслей в чужие головы. Поэтому пока приходится обходиться не таинственными «технологиями цифровой экономики», а закачкой шлака в умы населения через жёлтую и не очень прессу.

Или, быть может,

банить можно будет не просто отдельных пользователей, а предприятия, города и страны целиком. Что заставит сисадмина вспомнить свою политическую принадлежность, известно по истории с финансовым администратором.

А банить, простите, где? В том самом несуществующем «едином центре цифровой экономики»? Так ничего страшного, пусть банят — он же всё равно воображаемый.

Да и в целом процессы сейчас работают не так. Навязывать что-то, разумеется, тоже пытаются, но в основном работает другой принцип: не нравится — не ешь. Твоё право. Ты можешь не пользоваться компьютерами, которые созданы американскими корпорациями. Но для этого тебе надо либо создать свои компьютеры, либо просто отказаться от попыток конкуренции и перейти на самообеспечение при помощи своего садово-огородного участка. Поскольку в производстве ты просто не сможешь переиграть тех, у кого есть промышленные роботы, а в интеллектуальных разработках — тех, у кого есть компьютеры.

Автоматизация повсеместно идёт не потому, что кто-то коварный приказал её внедрять, а потому, что она выгодна. И тот, кто её не внедрил, просто упускает свою выгоду. В том числе, окончательно — вылетая с рынка из-за невозможности конкурировать с теми, кто компьютеры и автоматизацию использует.

Впрочем, тут у автора непонимание компьютерных технологий отлично гармонирует с непониманием экономики в целом.

Например, автор пишет:

Важно понимать, что цифровая экономика (как и сервисная) сама по себе не создаёт источники стоимости (капитальные активы). Индустрия-4.0 без промышленного содержания — игра с нулевой суммой. Блокчейн сокращает транзакционные издержки, но накормить голодного и одеть раздетого он не может. В этом смысле сервисные экономики (США и ЕС) в случае продолжения регионализации и распада общего рынка находятся в более проигрышной позиции, чем экономики производящие и ресурсные.

Иными словами, ему кажется, будто колёса и мотор — это «настоящее», а вот руль — это уже «воображаемое». Особенно, если этот руль подключён к колёсам не напрямую, а через какую-то электронику. Ведь «с одним только рулём автомобиль не сможет ехать». А потому, видимо, «руль сам по себе стоимостью не обладает».

Однако ровно так же автомобиль никуда не поедет и с одними только колёсами тоже. И даже с одним только мотором. Каждая часть автомобиля, взятая сама по себе, не является автомобилем и его не заменяет. А потому, надо полагать, не обладает стоимостью.

Вообще, ничем иным, кроме мистического страха перед этими непонятными компьютерами, невозможно объяснить отнесение их к категории «чего-то ненастоящего».

Не только блокчейн, но и одежда, например, тоже не может накормить голодного. А еда — одеть раздетого. Однако из этого не следует, что они не обладают стоимостью. Чего-то, что даёт вообще всё необходимое человеку, в природе не существует. Любой продукт удовлетворяет лишь очень малую часть потребностей. Но это не лишает их стоимости.

И про какую «стоимость», кстати, автор вообще ведёт речь? Какой «стоимости» не создаёт «сама по себе цифровая экономика»?

В рыночной теории «настоящей» стоимостью считается усреднённая по обществу оценка полезности того или иного товара, выраженная в готовности заплатить за него определённую сумму. Оценивается ли софт как нечто, не обладающее полезностью? Автором — вполне допускаю. Он вообще не особо знает, что это такое, а потому вполне может считать это не нужным.

Однако в целом софта всё больше: его активно разрабатывают и покупают. Почему? Чисто по причине коллективного самообмана? Да нет, он правда даёт огромные бонусы — в том числе, в производстве.

С точки зрения марксистской теории, «настоящая» стоимость — это общественно необходимое время, нужное для производства товара. Иными словами, есть что-то, что люди вообще готовы рассматривать как товар. На то, чтобы произвести товар, нужно в среднем столько-то человеко-часов (включая те, которые пошли на добычу ресурсов, производство деталей и т.п.). Вот это и есть «стоимость», также иногда называемая для определённости «трудовой».

Софт вроде бы не возникает из пустоты сам собой — на его разработку определённо затрачивается время. И его определённо покупают, то есть рассматривают как товар.

Каким образом тогда эта индустрия может не производить стоимости? Ведь в обоих распространённых её определениях вполне очевидно, что стоимость есть и у софта, и у результатов трудовой деятельности с использованием софта?

Или у автора есть своё оригинальное определение термина «стоимость», о котором он забыл сообщить?

Чуть выше я приводил примеры того, как используются те технологии, которые фигурируют в прогнозе под кодовым названием «Индустрия 4.0». Вполне очевидно, что те же, например, 3d-принтеры — это просто аналог станка. Но станок ведь сам по себе и обладает стоимостью, и напрямую участвует в её производстве другой стоимости (тех товаров, которые на нём производятся, или их частей). И не гипотетически, а по факту используются.

Кроме того, автор явно не особо-то понимает, что такое «капитальные активы». С его точки зрения, это, видимо, что-то такое «что можно пощупать». Вот стол — он твёрдый, его можно потрогать, поэтому он — актив. А программу потрогать нельзя, поэтому она не актив, поскольку «просто посмотреть на текст — не считается».

Однако нет, «капитальный актив» — это просто те элементы производства, которые не утрачиваются в его процессе.

Деревянная заготовка, например, утрачивается в процессе производства ножки для стула, поэтому она не капитальный актив. А вот пила и напильник, которыми эта ножка изготавливается, не утрачиваются. Поэтому они — капитальный.

Чаще всего, конечно, люди не размениваются на какие-то там напильники, а считают капитальными активами что-то покрупнее и помасштабнее — здания, землю, какие-то производственные линии и т.п. Однако, автор наверно удивится, но программы и компьютеры, управляющие этими линиями или, скажем, используемые для ведения бухгалтерии и торговли, тоже в процессе производства не утрачиваются. Поэтому, таки да, они тоже капитальный актив.

Сейчас, конечно, в капитальные активы записывается и то, что просто приносит доход — например, акции или даже фьючерсы (они, по сути, — запротоколированные обещания купить для вас акции как-нибудь потом). И тут, да, можно порассуждать на тему, есть ли в этом глубокий смысл, или оно принципиально отличается от земли и станков. Однако компьютеры — это просто неотъемлемые детали современных экономических процессов. Включая чисто производственные. И без софта они работать никак не могут.

И, равно как станок радикально ускоряет производство того, что можно было бы сделать руками (правда, в ряде случае он делает производство вообще возможным, ибо руками микросхему сделать не получится), так и компьютеры радикально ускоряют производство даже по сравнению с механическими станками. И прочие сопряжённые процессы — исследования, разработку, товарообмен и т.п. Поэтому фразы типа «это — что-то побочное и наносное, вроде деривативов» — просто следствие комплекта невежеств: технического и экономического.

Впрочем, текст этот комплект невежеств демонстрирует чуть ли не в каждом абзаце.

Я не буду повторять те примеры, которые уже разобрал, а просто кратко перечислю некоторые фразы автора, не вошедшие в предыдущий текст.

Новый закон США носит комплексный (принципиальный) характер.

Вообще-то «комплексный» — это «сложный, составной», а не «принципиальный». Можно было бы предположить, что тут не расшифровка, а дополнение: «комплексный и принципиальный», — однако автор в других местах обильно использует такого рода запись именно для расшифровок. Часть из которых верные, а часть — ну… как в этот раз.

Анонсировали цифровую экономику как сетевую промышленность, где конечный продукт создают распределённые безликие агенты, поддерживающие онлайн связь между собой, а также с поставщиками и потребителями в общем информационном облаке на базе единой платформы (искусственный интеллект).

Те «распределённые агенты», о которых идёт речь в концепции сетевого взаимодействия, — это, в том числе, физические и юридические лица, которые просто общаются между собой через сетевые сервисы, а не через, например, министерских чиновников. И эти сервисы — совсем даже не некий «искусственный интеллект». Тем более, ещё и, как следует из авторского контекста, понимаемый как нечто единое и централизованное. Такого попросту пока ещё вообще не существует.

Там, конечно, подразумевается наличие программ — и в станках, и особенно в сервисах, однако это в лучшем случае «элементы искусственного интеллекта», а вовсе не сам «искусственный интеллект» в виде «единой платформы».

Сетевая демократия (горизонтальная интеграция), которой грезит инновационная молодёжь, является способом организации текущей (подчинённой) деятельности как в муравейнике. Долгосрочный проект всегда вертикально-интегрирован, требует политической воли и аппарата принуждения.

Заявление в стиле: «этого не может быть, поскольку этого не может быть никогда». Видимо, никогда не было ни Швейцарии, ни Венецианской, ни Новгородской республик. Ни даже Римской. Ведь этого «не может быть».

Либо же в них не было никаких крупных долгосрочных проектов.

А всё там понастроенное просто понастроили вертикально интегрированные инопланетяне — и сам Рим, как город, и венецианский флот, и вообще всё подобное.

В этом смысле сервисные экономики (США и ЕС) в случае продолжения регионализации и распада общего рынка находятся в более проигрышной позиции, чем экономики производящие и ресурсные.

Вообще-то, несмотря на распространённый миф, процент людей, занятых в промышленном производстве, на протяжении всего двадцатого века и до сих пор был практически неизменным на всём Западе. Был небольшой взлёт в тридцатые — в полтора раза, а потом всё вернулось к изначальному уровню. Где пребывает и сейчас.

Как это ни странно, но в «сервисные» области деятельности люди перекочевали из сельского хозяйства, а не из промышленного производства. Что при радикальном росте производительности сельскохозяйственного труда в результате механизации, а потом и автоматизации, вообще ни разу не удивительно.

Тут, видимо, людей сбивает с толку, что в СССР индустриализация была именно что в двадцатом веке — ближе к его середине. Однако ряд стран (преимущественно западных) процесс превращения крестьян в рабочих пережили в предыдущие века. И уровень «насыщения» промышленности практически везде установился на уровне порядка 20% населения. В дальнейшем же бывшие крестьяне перетекали уже в другие сферы.

Ну, конечно, бывало и что некий крестьянин становился заводским рабочим, а какой-то заводской рабочий в это время шёл работать в какой-то сервис. Тут речь не про конкретных людей, а про статистику в целом.

Автор, конечно, этого не знает, но, если это знать, из его слов следует нечто, поражающее своим накалом парадоксальности: выходит, те страны, где сельское хозяйство механизировано и автоматизировано, находятся в более проигрышной позиции, чем те, где по-прежнему многие пашут деревянным плугом, а поливают строго из лейки.

Конечно, есть те страны, где доля вовлечённых в промышленное производство растёт. Но это потому, что до того она там была почти нулевой, а сельское хозяйство, напротив, было очень низкопроизводительным. Но механизация идёт и там, поэтому высвободившиеся из сельскохозяйственной сферы идут в зарождающуюся промышленность, и, как ни странно, в эту вашу сферу услуг и прочие сервисы.

Вы знаете, например, какая страна сейчас на втором месте по количеству снимаемых в год фильмов?

Нигерия.

А на первом месте — Индия. США с их Голливудом — только на третьем.

Такие вот расклады в мире с «сервисами и промышленностью».

Ну и, наконец, ещё раз цитата, которая уже была.

В цифровом мире можно будет продать только те системы, которые коннектятся с другими участниками экономической цепочки

Желание блеснуть знанием специфического жаргона в данном случае сочетается с отсутствием стремления узнать, что означают слова из этого жаргона. А то и вообще с неспособностью понять их значение.

Жаргонное слово «коннектиться» означает процесс установления соединения клиентского приложения с серверным. Обычно по физической компьютерной сети, но возможен и вариант соединения через операционную систему на одном и том же компьютере (эдакая вырожденная сеть из одного компьютера, но соединение всё равно — сетевое).

Также возможен вариант, когда обе программы сочетают в себе функции клиента и сервера.

Однако во всех случаях речь идёт про установку сетевого соединения.

Если бы речь шла о соединении частей программы между собой, то надо было бы использовать слово «линкуются».

Вроде бы у «connect» и «link» одинаковый перевод на русский, однако в оригинале есть нюансы смыслов, и в жаргоне они учитываются.

В частности, «коннектиться» — это именно про сам процесс установки сетевого соединения. Несовершённая форма глагола, аналогичная «я иду» (в отличие от «я дошёл» или «я умею ходить»).

То есть, если речь идёт о способности, то нельзя сказать «те, которые коннектятся» (это тогда будет иметь смысл «сейчас коннектятся» — «сейчас устанавливают связь»), можно сказать только: «умеют коннектиться к другим участникам» (а не «с другими участниками»).

Впрочем, в такой форме оно тоже почти никогда не употребляется, поскольку такая фраза содержит не очень много смысла: ведь важно́ не умение установить связь, а способность взаимодействовать. А тут разница, как между тем, что китаец вам что-то сказал по-китайски, и тем, что он что-то сказал, а вы поняли, что он сказал. Вроде бы в обоих случаях «он сказал», но, как говорится, есть нюансы.

Поэтому про программы говорят «поддерживают такой-то протокол», «совместимы» и так далее. Тут тоже есть свои нюансы употребления и смыслов, но вот так хотя бы действительно говорят.

Автор же употребил этот жаргонный термин, не зная и не понимая его значения. Попытался — с целью создания иллюзии профессионализма — угадать и не угадал.

Само по себе, конечно, — как и остальные перечисленные мелочи — оно не является главной проблемой статьи, но зато отлично иллюстрирует метод, при котором реальное понимание проблем отсутствует, а сделать далеко идущие выводы всё равно хочется, поэтому недостаток понимания компенсируется при помощи «имитации риторики» — сленга, характера построения фраз и т.п. На неискушённых такое действительно оказывает влияние, и они начинают считать автора специалистом в данном вопросе, несмотря даже на то, что специалистам написанное автором просто смешно читать — настолько очевидна его имитация понимания темы.


От редакции: суждения ув. авторов в рубрике "Мнения" могут не совпадать с мнением редакции и не являются рекомендацией к каким-либо действиям.

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии