На экранах

Исход немного предсказуем. Почему Голливуд разучился снимать библейское кино

Уважаемые читатели!

Художественный фильм Ридли Скотта "Исход. Цари и боги", идущий сейчас в отечественном прокате, стоил 140 млн долларов США и с грохотом провалился в своём родном американском прокате (63 млн.). Он, правда, добрал 140 млн по миру, но для того, чтобы окупиться, этого не хватает.

Причина в следующем: фильм не имеет темы и смысла.

У ветхозаветной истории Исхода — при всей её фантастичности, заставляющей воспринимать её строго символически — смысл имелся. Это была история о том, как к египетскому аристократу-изгнаннику, ставшему пастухом, явился в пылающем кусте неведомый ему Бог и принудительно (с полным списком принуждений и угроз можно ознакомиться в первоисточнике) заставил вернуться в Египет и вывести оттуда одну из покорённых народностей. Далее следует ещё много принуждений: после соревнования чудес и, соответственно, божеств (Моисей превращает свой жезл в змея, то же самое делают и египетские жрецы, но змей Моисея оказывается сильнее) наступают крайне жестокие казни. Египтяне принуждаются отпустить евреев, евреи принуждаются обокрасть египтян, после чего следует фантастическое сорокалетнее путешествие на расстояние в пару сотен километров, в ходе которого евреи и народы, с которыми они пересекаются, регулярно подвергаются дополнительным репрессиям за отступничество. В результате ветхозаветный Бог получает народ-инструмент, послушный данным ему заповедям. Если упрощённо, это рассказ об активном вторжении высшей силы в человеческую историю, пропахивающем т.н. "естественное течение событий" поперёк и вопреки всем слабостям, желаниям, склонностям и даже природному гуманизму людей.

Когда исход экранизировали в эпоху классического Голливуда — из этой истории сделали нормальную "античную" драму.

Куча костюмированных красавиц, множество выпуклых персонажей, включая выпуклого злодея. Моисей любит царицу Египетскую, фараон ревнует, Моисея изгоняют, он находит другую, царица ревнует. Моисей выполняет божественную волю, сам Бог в кадре не показывается, его воля под сомнение не ставится, и даже финальное массовое убийство евреев-отступников во главе с выпуклым злодеем, устроившим после всех перенесённых трагедий дискотеку у золотого тельца, выглядит оправданным логически. К первоисточнику отношение самое условное, но фильм получился.

Но к середине десятых годов нашего века масс-культурное поле сильно изменилось. Поэтому у создателя "Чужого", "Бегущего по лезвию" и "Гладиатора" получилось вот что:

1) В египетском рабстве непрерывно трудится условный еврейский народ. О нём нам показывают только то, что трудится он много, одет плохо и его постоянно порют. Имена во всем этом народе имеют только некто Нун в исполнении Бена Кингсли (он рассказывает Моисею, что тот еврей) и Иисус Навин (он не делает ничего).

2) Моисея подставили и изгнали в результате политических интриг — он разоблачал коррумпированность одного из местных египетских губернаторов.

3) Вместо неопалимой купины Бога представляет пугающе неуравновешенный мальчик лет десяти, являющийся Моисею тут и там.

4) Моисей, явившись ко двору фараона Рамзеса II (это, кстати, историческая личность, по масштабам равная Периклу или Сталину), требует в перепалке для рабов оплаты труда и выходных дней.

5) У Моисея с неуравновешенным мальчиком тоже происходят перепалки. Моисей орёт про негуманность проводимых египетских казней, а мальчик в ответ орёт, что с израильтянами тоже четыреста лет обращались плохо, так что всё по справедливости. В последнем эпизоде мальчик диктует Моисею заповеди и интересуется, как ему. Тот огрызается, что не нравились бы — не записывал бы.

6) За кадром остаются: собственно выведенный из земли египетской народ, Десять заповедей (ради которых вроде бы всё и затевалось), история отступничеств и вообще — Бог предстаёт просто каким-то радикальным деятелем национально-освободительного движения, в то время как Моисей предстаёт умеренным.

Одним словом, получилась плохо связанный логикой политичесий триллер с мотивами политкорректности. Что осталось совсем необъяснимым — вопрос о том, как удержался на своём троне фараон, деятельность которого сводится к тупым массовым расстрелам и безумным кавалерийским атакам на цунами.

...Что бросается в глаза, уважаемые читатели. Это у Голливуда явно общая проблема.

Ибо буквально недавно — в минувшем же году — вышел художественный фильм "Ной", как бы тоже по Библии. Там тоже всё было плохо, потому что вместо истории о том, как "всякая плоть извратилась на земле" и Бог решил начать всё сначала с помощью праведного Ноя — была представлена драма про экологию. В картине Д. Аронофски Ной вообще весь фильм сообщает, что хищные и эксплуатирующие природу люди должны погибнуть, чтобы выжили редкие виды крестоцветных, сумчатых и онихофор.

Это говорит нам об одной простой вещи.

Ценности, которые можно назвать библейскими — с Богом в центре и выполняющим божью волю Человечеством — с современными передовыми ценностями Голливуда сочетаются чуть более чем никак. В итоге "библейские" экранизации имеют к библейским идеям и смыслу нулевое отношение, используя Св. Писание исключительно как упаковку.

Более того — происходит дикая имплантация этих передовых ценностей в совершенно не подходящий им библейский миф, что говорит уже об окончательной потере чуйки. Когда Моисей и неуравновешенный мальчик, изображающий Бога, кричат друг на друга, они оба зачем-то апеллируют к тем самым передовым ценностям современного западного мира.

Так мы можем с ужасом дождаться ещё более смелых новаций. Включая введение правозащитных ЛГБТ-мотивов и ценностей выборной демократии в Нагорную проповедь.

Не дай Бог, конечно.

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии