- 16 декабря, 2018 -
на линии
Культпульт
На экранах

«БатальонЪ» просит любви. О похвальной попытке сложить добрый миф

8 Марта надо говорить о прекрасном.

Самое логичное — о женщинах.

Можно ещё о чём-нибудь прекрасном — например, об искусстве.

И заодно уж о третьем прекрасном — о любви к Родине.

Все трое прекрасных удачно собрались в фильме «БатальонЪ», который вышел на экраны к Дню защитника Отечества и держится там аккурат до Международного Женского дня.

***

Этот новый фильм (от создателей «Сталинграда» и «Брестской крепости»!) дотошные интернеты уже вдоль и поперёк уличили в невероятном количестве фактических ляпов — от ошибок костюмеров до искажения данного исторического сюжета как такового. С дотошными разоблачениями мы спорить не будем — поскольку в большинстве своём они, увы, справедливы.

Да, собственно, о привычности и неизбежности этого безобразия, свойственного современному российскому кино вообще, мы с вами говорили буквально в январе — на примере фильма «Дурак». Так «БатальонЪ»-то мастерили творцы из той же тусовки — другим взяться неоткуда. Ничего нового мы сегодня, стало быть, сказать не сможем, поэтому и смаковать каждый ляп не будем. Согласимся даже с теми кинокритиками, которые оценили художественные достоинства картины, скажем так, ниже среднего.

Однако мы же сегодня о прекрасном: при всём при этом-то фильм в кинотеатрах прошёл на ура. Значит, что-то там есть.

Поэтому предлагаю поговорить о «Батальоне» как о похвальной попытке создания и воспроизводства позитивных исторических мифов в нашем культурном пространстве.

***

Начнём вот с чего. Действие фильма происходит в короткий, неприятный и тщательно отторгаемый народной памятью период русской истории — когда на одном отрезке времени сошлись Первая мировая война и дурдом Февральской революции. В прошлом году — году столетия Первой мировой — мы с вами частенько сетовали на такое вот забвение.

Понятно, конечно, что Великая война у нашей страны одна. И не только в ХХ веке, но и за всю тысячу с гаком лет. Она так и называется — Великая Отечественная. Велика она и Победой, и духом народа-победителя — и тем, что именно эта Победа и этот дух стали стержнем нашей цивилизации. Великая Отечественная — это беспримерная легенда, сложенная великим народом о самом себе и основанная на реальных событиях.

Между тем Первая мировая в нашей истории тоже была. И Февраль был. И не наше дело их оттуда вычёркивать. На той войне наши солдаты сражались за то же Отечество, что и в остальные тысячу лет, — даже если это Отечество в данный момент искорёжено катастрофой и предательством Февраля. Более того: уроки Первой мировой и Февраля для нас сегодня более чем поучительны. Они, эти уроки — прямо для той современности, которая у нас на дворе.

…Вот скажите по-честному сами себе, не заглядывая в справочники: весной 1917 года, когда начинается действие фильма, — кто был главой Временного правительства? А? То-то.

Это я к чему. Даже люди с советским образованием весьма неуверенно идентифицируют гр. Львова (глава Временного правительства с февраля по июль), гр. Родзянко (инициатор создания женского «батальона смерти»). Даже если бы авторы «Батальона» об этих персонажах знали, вряд ли умудрились бы встроить в сюжет столь развёрнутый ликбез. Ну и ладно: помним из учебника Керенского, да и то смутно, — значит, он и есть Временное правительство, и пусть лесом идут подробности. Шаблон общеобразовательных представлений натыкается на знакомые хрестоматийные признаки времени и услужливо — и, кстати, вполне адекватно — воспроизводит в воображении зрителя остальные.

Стало быть, далеко не все фактические неточности одинаково вредны — хотя, конечно, досадны, чего уж там.

Но это так, об антураже.

***

Теперь собственно о содержании.

Да, относительно «боевого пути» — формирования, личного состава, участия в боях — женского батальона Марии Бочкарёвой очевидцы, мягко говоря, путаются в показаниях. К услугам исследователей — и бессмысленная пропагандистская трескотня, и разнузданные скабрёзности… Строго говоря, об этом подразделении разваливавшейся к тому моменту русской армии достоверно известно только то, что оно на самом деле было.

Более того: знание о наличии этой боевой единицы — женского «батальона смерти» — является одним из очень немногих фактов, из которых состоит тот самый шаблон представлений общеобразованного современного гражданина и о постфевральской России, и о Первой мировой войне. Причём этот конкретный факт — спасибо советскому кино — в общем-то, окрашен в добродушно-снисходительные тона: о последних защитницах Зимнего советская пропаганда вспоминала эпизодически и без подробностей, но ничего плохого не говорила.

То есть выбор сюжета вполне удачен именно для позитивного мифа: к моменту выхода фильма «БатальонЪ» массовый зритель о чём-то таком где-то как-то краем уха слышал и, главное, был не против узнать что-то конкретное, новое и хорошее, что не противоречит ранее известному.

Ударение здесь — на слове «хорошее».

Искажает ли художественный фильм реальную историю реального женского батальона Марии Бочкарёвой? Нет. Он её в разумных рамках художественного домысла несколько… эээ… приукрашивает. А это совсем другое дело.

Я не вижу ничего предосудительного в том, чтобы из множества реальных фактов (допустим, что авторам фильма они известны) и ещё большего множества фактов, нетвёрдо установленных, из множества разных мотиваций и правд — собрать и даже чуть-чуть придумать в художественном фильме именно те, которые пробуждают просто любовь. Любовь к нашим женщинам — «благородным» и «простолюдинкам». Любовь к их порыву — искреннему и благородному без кавычек. Любовь к Отечеству, которое у них и у нас есть только такое, какое есть в любой момент времени и независимо от его текущего состояния.

Для этой любви на самом деле вообще никаких оснований не нужно.

Так что в основе сюжета «Батальона» — именно эта естественная реальность.

Доброволицы Марии Бочкарёвой вызвались служить ровно тому же Отечеству, за которое в помощь мужикам впрягались русские женщины и до них, и после них.

Это и есть единственная и достаточная правда. Остальное – подробности для академической науки или светской хроники.

***

Не стесняться этой правды, не наковыривать в ней что-то пикантное, а просто любить – это и есть правильно понятое мифотворчество. Мы ведь один из немногих в мире народов, чья история – это сплошная тысячелетняя непридуманная легенда. Любое доброе слово о предках, которые легенду своими руками создали, – это и есть позитивный миф.

Это ведь так просто понять: лишнее доброе слово, лишнее признание в любви – лучше всякого жульнического «разоблачения» и тем более «покаяния перед цивилизованным миром». Не для предков лучше – для нас.

Кстати, кассовый успех фильма (около 500 млн рублей в прокате) – это не только заслуга массированной рекламной кампании. Это ещё и признак того, что позитивный миф нами сегодня востребован.

И именно поэтому заключаем: со всеми возмутительными, досадными и традиционными для всего современного российского кино изъянами конкретный «БатальонЪ» можно всё-таки приветствовать именно как опыт позитивного мифотворчества.

…Хотя, конечно, даже хорошее дело лучше делать со знанием дела.

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии