- 21 сентября, 2019 -
на линии

Вопросы кораблестроения. О причинах смены главы ОСК и задачах, стоящих перед корпорацией

Теперь — о самих проблемах, которые привели к кадровым решениям по ОСК. Первая относится к военному кораблестроению, к задержкам со строительством и вводом в строй новых кораблей и подводных лодок. Вторая относится к гражданскому судостроению. Вернее, к тому обстоятельству, что отечественные компании тратят немалые средства на закупку морской техники и судов за рубежом, а не внутри страны. Эту проблему и то, как государство видит её решение, президент сформулировал предельно четко:

«Большей эффективности ждем от ОСК и в сфере гражданского судостроения. Наши верфи способны создавать конкурентоспособную, востребованную продукцию, и потому считаю недопустимым, когда заказы на морскую технику, суда гражданского флота, которые могут быть произведены в России, без должного основания размещаются на зарубежных верфях. Обращаю ваше внимание. Сегодня портфель заказов наших крупнейших компаний составляет 5 миллиардов долларов – и сколько лет это уже продолжается. 80 процентов примерно от потребностей компаний заказывается за рубежом. Приоритет должен отдаваться отечественным производителям – это неписаное правило, которым руководствуются практически во всех странах».

Перед совещанием было озвучено два альтернативных пути развития ОСК. Один основан на стратегии, заложенной ещё при экс-главе ОСК Романе Троценко. Он предусматривает масштабные вложения в строительство новых верфей и в техническое перевооружение имеющихся мощностей.  В нём предусмотрено дальнейшее развитие четырех территориальных центров судостроения и судоремонта, продолжение консолидации частных кораблестроительных активов в руках государства и концентрация как военных, так и частных гражданских заказов на отечественных верфях.

Второй отражает концепцию Минпромторга. Это ведомство в свое время разработало гражданскую часть программы  «Развитие судостроительной промышленности до 2030 года» и пути развития ОСК видит как продолжение своей программы. В этой программе предусмотрено масштабное вложение средств в новые разработки, в частности, в создание так называемых «универсальных платформ для гражданской и военной техники» (читай, универсальных корпусов для военных и гражданских кораблей). Также она предусматривает поддержку не только государственных, но и частных судостроительных мощностей через льготный лизинг новых судов и ускоренную утилизацию старых. В программе заложено выделение 43,4 млрд руб. на развитие судостроения и «создание стимулов для расширения закупок отечественными заказчиками», и ещё 5,6 млрд. руб. на «системно-аналитическое сопровождение» госпрограммы. Но техническое перевооружение предприятия должны осуществлять за счёт собственных средств.

Развивать ОСК Минпромторг планировал оставлением в ведении корпорации только военных заказов и выводом из состава ОСК части предприятий, задействованных в гражданском судостроении. Так в интересах компаний, осваивающих арктический шельф, на базе «Крыловского государственного научного центра» планируется создание «Арктического центра», куда Минпромторг хотел бы включить входящие в ОСК «Пролетарский завод» и «Балтийский завод».  Строительство новых верфей Минпромторг считает нецелесообразным, а часть подрядов готов размещать на иностранных верфях, например, на финской Arctech Helsinki, которая входит в ОСК, или на немецких Nordic Yards, принадлежащих Виталию Юсуфову.

Стоит сказать, что вывод наиболее прибыльных, частных заказов сырьевых компаний из ведения ОСК – был бы даже логичен, если бы военные заказы обеспечивали ОСК прибыль и возможность жить и развиваться. Но текущее положение таково, что военное кораблестроение находится на грани себестоимости. Оно не прибыльно. Так, на Амурском судостроительном заводе (АСЗ), который до 2006 года строил атомные подводные лодки, а сегодня строит корветы пр. 20380 – вновь введено внешнее управление. Задолженность завода перед контрагентами (за поставки оборудования, металла, электроэнергии) – составляет 14 млрд. рублей. О каких собственных средствах здесь можно говорить?

А развивать производственные и ремонтные мощности в интересах ВМФ – надо. Этим всё равно придётся заниматься государству. Но в случае вывода прибыльных заказов из ОСК на сторону – ни о каком «за счет собственных средств» речи быть не может. Этих собственных средств просто не будет. Поэтому программа Минпромторга имеет в себе внутреннее противоречие. Впрочем, оно понятно – в задачи Минпромторга не входит восстановление и наращивание возможностей ВМФ. У этого министерства просто другой круг целей и задач. И поэтому – не оно должно определять развитие корпорации, созданной специально ради восстановления военного флота.

Здесь крайне показательна одна из главных причин отставки прежнего главы ОСК Андрея Дьячкова – человека не чужого в кораблестроительной отрасли. В апреле в Астрахани состоялось совещание.  На нем руководству ОСК устроил крупный разнос Дмитрий Рогозин. Причиной стал срыв сроков строительства новых кораблестроительных мощностей, в частности, комплекса в бухте Большой Камень на базе «Дальневосточного завода «Звезда». Официально этот комплекс создаётся для гражданского судостроения (крупнотоннажных танкеров, газовозов и нефтяных платформ). Неофициально – тяжелый стапель, большой сухой док и цеха насыщения – рассматриваются как компенсация тех мощностей по строительству крупных военных кораблей, которые были утрачены после распада Советского Союза. Тогда задержка ввода в строй этих мощностей вполне определённо влияет на программу строительства крупных кораблей для ВМФ.  И поэтому едва ли случаен тот факт, что  за срыв плана отчитывал ОСК именно глава Военно-промышленной комиссии. Рогозин раскритиковал руководство ОСК в самых резких выражениях.  Возмущение главы ВПК вызвал даже не столько сам срыв сроков строительства дальневосточного комплекса, сколько попытка скрыть этот факт:

«…В этой справке хоть что-нибудь есть, где было бы указано на существование проблемы отставания работ по 1, 2, 3, 4 очередям создания нового потенциала судостроения на Дальнем Востоке? Хоть что-нибудь? А то, что на 10 месяцев срыв работ — тут написано или нет?»

Сейчас много говорится о том, что мы строим для переоснащения флота только небольшие и средние корабли. Да, проекты новых эсминцев, которые просто необходимы для замены стареющих эсминцев и БДК, и многоцелевого авианосного комплекса, без которого невозможно представить себе современный океанский флот – ещё не вышли из стадии проектирования. Одной из причин этого можно считать постоянный пересмотр требований со стороны руководства флота. Но нельзя забывать и о том, что сейчас  строить крупные корабли – просто негде.

Такое положение является просто нетерпимым. Но программы военного строительства и ввода новых мощностей имеют хронические задержки. В ситуации, когда государство выделяет на развитие отрасли гигантские средства, а если не удается вписать эти средства в бюджет – привлекает к финансированию сырьевые госкорпорации (как в случае с дальневосточным комплексом) – оно вправе требовать результата.  А не ссылок на объективные трудности или на интересы предприятий, которые часто не совпадают с интересами государства. И требование Рогозина о необходимости прямого управления государства предприятиями ОСК, прозвучавшее на совещании – это вполне логичный шаг для исправления ситуации.

Процесс консолидации кораблестроительных активов в государственной собственности был начат несколько лет назад специально ради нужд переоснащения ВМФ. Тогда стало очевидно, что частные владельцы судостроительных мощностей заинтересованы в получении прибыли больше, чем в решении государственных задач. И Роману Троценко (возглавлял ОСК с 2009 по 20012 год) удалось сосредоточить большую часть ключевых кораблестроительных предприятий в руках государства, несмотря на сопротивление бывших собственников. Этот процесс не был завершен – Роман Троценко ушел в отставку, а баланс интересов государства и предприятий, казалось, был достигнут. Но теперь оказывается, что даже частичное частное владение может влиять на решение государственных задач не лучшим образом. И Рогозин поручил руководству ОСК довести ее участие во всех профильных предприятиях до контрольных пакетов:

«Все должно быть подчинено прямой воле государства. У государства должна быть возможность прямого контроля за акциями в этих акционерных компаниях. (Нужно иметь) более 50% (акций) напрямую, чтобы контролировать вопрос назначения советов директоров, влиять на их решения».  

Строительство и передача флоту целого ряда подводных лодок и надводных кораблей – действительно неоправданно затягивается. Задержки при строительстве и вводе в строй имеют место по следующим типам надводных кораблей и подводных лодок: по корветам проекта 20380/20385, фрегатам проекта 22350, дизель-электрическим подводным лодкам проекта 677 («Лада»), многоцелевым атомным подлодкам проекта 885 («Ясень») и стратегическим проекта 955 («Борей»).

В защиту кораблестроителей стоит сказать, что задержки касаются в первую очередь тех кораблей и подлодок, которые создаются по новым проектам, то есть ещё не освоены в серии. Боевой корабль – это сосредоточение достижений науки и практически всех областей высокотехнологичной оборонной промышленности. Корпуса кораблей и подлодок спускаются на воду практически в срок. Другое дело, что современный боевой корабль – это не только и не столько корпус, системы и механизмы, обеспечивающие его движение – с этим проблем практически не возникает. Сколько, прежде всего, комплексы вооружений и системы, обеспечивающие применение этого вооружения. Каждая из этих систем должна быть создана и  испытана. А новый корабль – это новое вооружение. И большинство задержек связано именно с доводкой и отладкой этих систем.

Такая проблема существовала и в советские времена. Сложность кораблей, необходимость в рамках проекта создать и интегрировать большое количество сложнейшей техники и вооружений – требуют много времени. И часто в угоду планам и графикам ввода в строй принимались те проекты и те решения, которые не лучшим образом сказывались на боевых и эксплуатационных качествах кораблей. Когда наилучшее решение требовало подождать – часто им жертвовали в угоду темпам строительства. Принимались и просто сырые проекты, и компромиссные настолько, что их боевые свойства были далеки от первоначальных задумок. Почти в каждой серии головной корабль отличался от последующих. Это связано с тем, что в проект вносились изменения по результатам эксплуатации и боевых служб. А также с тем, что какой-либо перспективный комплекс или систему не успевали довести, и, чтобы не нарушать планов ввода в строй – корабли шли в боевой состав без них.  

Задержки по кораблям и подлодкам новых проектов привели к заказу  не самых новых, но хорошо освоенных в серийной постройке. Это прежде всего дизель-электрические лодки проекта 636 «Варшавянка» (первая из шести будет спущена на воду этим летом) и фрегаты проекта 11356 (первый из шести так же будет спущен на воду в июле). Это, конечно, компенсирует нехватку боевого состава и усилит возможности флота. Но это не отменяет необходимости новых кораблей, оснащенных современными системами и вооружением.

Следствием задержек по новым проектам являются не только всё более настойчивые предложения Министерства финансов о том, чтобы перенести финансирование программы вооружений на более поздние сроки. Эти задержки влияют на престиж государства (например, фрегат проекта 22350 «Адмирал Горшков», которого ожидали на международном салоне «МВМС-2013» – пока даже не вышел на швартовые испытания. Ещё не закончен шефмонтаж основных систем). Они сказываются на возможностях флота, который давно ждет новых кораблей. Они сказываются на настроении граждан, которые устали от обещаний и желают наглядной демонстрации возрождения страны. И здесь, при всем уважении к проблемам кораблестроительной отрасли, – без кадровых решений было уже не обойтись.

Теперь уже на плечи нового главы ОСК легла серьёзная работа – оснащение Военно-Морского Флота новейшими кораблями и подводными лодками. Это большая работа и большая ответственность. Работа – не только для развития вверенной корпорации, а для всей страны. И ответственность не только перед начальником, но и перед всей страной. Не справиться с ней, сославшись постфактум на объективные трудности – просто нельзя.

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии