- 15 декабря, 2018 -
на линии
ЭнергоКурс

Верный советский подход. Как будут ругать контракт с Китаем и зачем он нужен

Итак, контракт с Китаем на поставку трубопроводного газа (38 млрд кубометров в год в течение 30 лет) подписан. Стали известны и ценовые оценки — около 350 долл. за тысячу кубометров.

Сейчас начнётся длительный процесс согласований объёмов газа из различных источников, себестоимостей, возможностей по изъятию природной ренты и т.д., и т.п. Будем следить за всеми этими изменениями.

В «интернетах» же начнутся споры.

Сторонники контракта будут говорить о стратегическом партнёрстве с Китаем, опоре для дальнейшего развития региона и т.д., и т.п. И это всё правильно, собственно, это всё уже не раз отмечалось нами в комментариях.

Да и В. Путин уже всё сказал лучше:

«Это не только газодобыча — это и газохимия, это гелиевый завод, это новые предприятия, новая инфраструктура, тысячи рабочих мест — без всякого преувеличения, тысячи современных высокотехнологичных рабочих мест и развитие инфраструктуры. Это инфраструктура, которая будет использоваться не только газовиками и транспортниками, но и местными властями для других отраслей».

Критики будут напирать на другое — на то, что продешевили, что уже отменили НДПИ (хотя здесь гипотетически недополученные суммы — это всего 2–3 долл. с тысячи кубометров), что могут отменить и экспортную пошлину, и т.д, и т.п. Иными словами, «работаем за еду».

Чтобы ответить на эти возражения, необходимо вспомнить другой столь же масштабный проект — разработку нефтегазоносных провинций Западной Сибири.

Что касается газовой его части, то проект вообще назывался «газ-трубы». То есть мы «им» — газ, «они» нам — трубы, по которым этот газ поставляют. Это, конечно, юмор, но в каждой шутке, как известно, только доля шутки.

СССР были нужны валютные поступления, и о себестоимости продукции особо никто не думал.

А если бы Госплан гипотетически просчитал этот проект в нынешних реалиях, с текущими ставками по кредиту, то не удивлюсь, если получили бы отрицательный дисконтированный денежный поток, внутреннюю норму доходности ниже нижнего и прочее-прочее, чем ещё не раз нас будут пугать критики проекта.

Действительно, фактор затрат на «проценты», как и для любого масштабного проекта с длительными сроками окупаемости, здесь, конечно, очень велик. Те, кто сталкивался с долгосрочными кредитами и ипотекой, думаю, лучше других понимают, сколько в конечной сумме составляет собственно цена товара, а сколько — проценты.

В СССР с околонулевыми ставками по кредиту таких проблем не было. А если (опять же гипотетически, для понимания картины) сравнить расходы и доходы без процентов в новом проекте, то получится следующее: суммарная стоимость поставок озвучена А. Миллером — 400 млрд долларов. Объём расходов (и на добычу, и на транспортировку) озвучен В. Путиным — 55 млрд долларов. Конечно, будут операционные расходы и по добыче, и по транспортировке, но главное — капзатраты. Тем более что именно на них и «капают» проценты.

Актуальный момент — максимально быстро разобраться с кредитными затратами и вывести проект на окупаемость. Уже было заявлено возможное авансирование части поставок (25 млрд долл.), на эти средства (как видно из аналогичных сюжетов с авансами для «Роснефти») нужно платить проценты, но меньшие, чем в случае кредитов.

С другой стороны, чтобы быстрей избавиться от долговой нагрузки и окупить капитальные расходы, может помочь и государство — снизив объём изымаемой природной ренты. Уже фактически отменён НДПИ, сейчас на обсуждении — уровень экспортной пошлины. Поэтому главное здесь, на что нужно обращать внимание, — временные рамки этих льгот. Природная рента, несмотря на вышесказанное, — важный момент, и конечно, надеемся, что баланс здесь будет соблюдён.

Но — возвращаясь к примеру с советским освоением Западной Сибири. В результате получилась нефтегазовая провинция, которая после периода окупаемости даже спустя десятилетия на остаточной инерции позволила, хоть и с огромными трудностями, пережить тяжёлые 90-е, стала локомотивом «выкарабкивания» из постперестроечного болота.

И — продолжает оставаться одним из источников нынешнего благополучия. Будет ли у нас необходимость в такой же, но уже восточной провинции, спустя несколько десятилетий — неизвестно. Но лучше, чтобы такая возможность была. И ключевой задел для этого был сделан именно вчера.

Пока же важно и то, что проект станет основой, в том числе, для газификации региона. Несколько миллиардов кубометров газа в году вдоль трубы и вокруг неё будут использоваться для внутреннего спроса. Разрабатывать месторождения и вести трубопровод в отрыве от большого экспортного потока не позволила бы зашкаливающая себестоимость газа для небольшого пока внутреннего рынка.

И последнее. Если есть сомнения в проекте — посмотри, что думают по этому поводу наши геополитические конкуренты на международной арене. Если они против — значит, проект хороший, годный. Как минимум за последнее время исключений из этого правила не встречалось.

 

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии