- 19 декабря, 2018 -
на линии
ЭнергоКурс

Продать, чтобы купить. Задымлённый Китай пытается манипулировать угольным рынком

Тему спроса на уголь в Китае мы периодически отслеживаем в наших публикациях. Чтобы не повторяться, честно процитируем начало предыдущего материала на тему: «КНР наращивает потребление угля, хотя запасы его конечны. А главное, себестоимость добычи становится всё выше и выше. Пик китайской добычи — при нынешних темпах роста спроса на уголь не за горами — где-то 2025 год. Что дальше? Кроме того, в китайских городах уже существенную проблему представляет смог, появляющийся из-за обилия угольной генерации».

Как оказалось, смог «достал» китайцев на несколько лет раньше, чем пик угля. Вскоре после этого комментария стало известно о новых сокращениях в использовании угля и запрете на строительство угольных ТЭС. Но такие решительные меры привели к тому, что газа в Китае стало резко не хватать. А так, в столице Китая, к примеру, вообще хотели бы закрыть все угольные ТЭС к 2015 году, — но нужно быть уверенным, что будет достаточно газа. А дефицит его (как минимум — зимний), как ожидается, может продлиться до 2020 года.

Но мы сегодня не столько про газ, сколько про уголь. Хотя связь с «пиком угля» всё-таки здесь существует. Дело в том, что в тех же США, даже несмотря на «сланцевую революцию», с помощью угля вырабатывается в полтора раза больше электроэнергии, чем с помощью газа (40% против 25%). И таких проблем с экологией не возникает. Причины тоже понятны — в Соединённых Штатах угольные ТЭС оборудованы мощными системами улавливания вредных выбросов. Теоретически такими же системами могли начать оборудовать свои ТЭС и китайцы. Однако этого не происходит — КНР предпочитает просто замещать в крупных городах угольные ТЭС другими источниками энергии, в том числе и газом. Причина тут может быть следующая: даже если начать модернизировать угольную генерацию, то к тому моменту, когда все угольные ТЭС будут оборудованы современными системами фильтров, дефицит угля (приемлемого по себестоимости добычи) как раз и наступит. А дорогой уголь плюс недешёвые фильтрующие системы дают стоимость электроэнергии, сопоставимую с газовой генерацией.

Тем не менее, как бы активно не замещался уголь в китайском энергобалансе, он ещё долго будет оставаться основным источником энергии, а спрос на него будет расти (вопрос — только в темпах). И тут начинается самое интересное.

Все предыдущие годы Китай наращивал импорт угля (хотя эти объёмы и составляют всего около 5% от собственной добычи, ведь КНР — это половина мирового производства и спроса на уголь). Решение наращивать импорт в общем-то логичное — можно больше оставить про запас. Кроме того, значительные расходы на железнодорожную перевозку приводят к тому, что для прибрежных районов иной раз дешевле оказывается использовать привезённый по морю импортный уголь.

Но в последнее время в железнодорожные и добычные мощности в Китае были сделаны значительные инвестиции. Кроме того, опять-таки в целях борьбы с выбросами Китай намерен ограничить импорт низкокачественных углей (с высоким содержанием серы), а также углей с низкой теплотворной способностью. В результате в ближайшие годы объёмы импорта будут оставаться на текущем уровне, а то и снизятся. Рассматривается и вариант отмены 10%-ной экспортной пошлины на уголь, в результате чего может начаться экспорт, законодательно ограниченный, правда, объёмом в 38 млн тонн в год.

Значит ли это, что в будущем КНР будет полагаться только на собственный уголь? Вовсе нет. Китай настроен сделать масштабные инвестиции в иностранные мощности по добыче угля. Речь идёт как о покупке существующих производств, так и об инвестициях в новые. Кстати, не только в Австралии, но и в Казахстане, и в России. Но торопиться КНР не планирует — скупать угольные активы Китай хочет только дёшево.

Это и объясняет, казалось бы, несколько странную текущую политику в угольной области. Действительно, можно ненадолго снизить импорт, и таким образом поддержать своё производство (раз уж так сложилось, и мощности превышают текущий спрос). Одновременно, падение импорта обрушит цены на уголь, что позволит затем «по дешёвке» скупить зарубежные угольные активы.

Ну а дальше всё по старым прогнозам. Заинтересованность КНР в скупке зарубежных активов по добыче угля ещё раз доказывает, что внутри страны пик добычи не за горами. Разумеется, речь о той добыче, где разумная себестоимость. А она вырастет в любом случае. Уже сейчас в Китае после инвестиций в железнодорожный транспорт, что привело к снижению цен на 10–15 долларов, себестоимость всё равно составляет 80–90 долларов за тонну (что примерно соответствует мировым ценам).

Но это пока. Даже в Австралии новые проекты могут стать окупаемыми только при цене угля в 120 долларов за тонну. И раз и в этом случае КНР заинтересована в импорте, можно только догадываться, какая на среднесрочную перспективу ожидается себестоимость собственной добычи.

Для нас описанный сюжет важен, в первую очередь, из-за традиционной связки «дефицит угля» — «рост спроса на газ». Как видно, без российских поставок Китаю обойтись не удастся, а значит, уступки в цене должны быть минимальные. С другой стороны, любопытно, что Китай уже не пассивный потребитель энергоресурсов, а активный игрок, пытающийся фактически проводить манипуляции на мировом энергетическом рынке. Пока только угольном.

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии