- 19 января, 2018 -
на линии
Общество

Послесловие к пресс-конференции Путина: нам нужна работающая Главная Инстанция для жалоб

Теперь, когда наши главные СМИ подвели итоги пресс-конференции Владимира Путина, выскажусь и я о том, что было недосказано с четверга 14 декабря.

Два года назад мне пришлось побывать в Приемной Президента РФ лично, а потом переписываться с этой приемной еще полгода по вопросу, не терпевшему отлагательства. Мой дом и дома моих соседей 1 января 2016 года нагло бросила обслуживать управляющая компания-монополист, когда мы с соседями не согласились на двойное повышение тарифа на содержание нашего ветхого жилья. Власти города потребовали от нас взять наши дома в непосредственное управление, чтобы не нести за них ответственность. Мы возмутились.

Сначала над нами издевались в местной прокуратуре и местной администрации, когда мы туда пожаловались, потом – в государственной жилинспекции. Оттого-то и пришлось нам делегацией ехать в Приемную Президента России.

Мы привезли туда кучу бумаг с доказательствами незаконности происходящего, но приемная, тщательно задокументировав наши свидетельства и приняв наши доказательства, сделала вид, что мы ничего не говорили и что она ничего не слышала.

Все это время – полгода переписки с Главной Приемной России – мы жили в ветхих деревянных домах не только без содержания, без вывоза мусора, но и без аварийного обслуживания, ежедневно рискуя своими жизнями.

Тогдашние руководители города, обвинив нас в скандальности за нашу несговорчивость, сказали, что никто наши дома в управление не возьмет. И все. Всем на нас было наплевать.

Тогда я обошла все управляющие компании города, поговорила с директорами каждой из этих компаний и нашла вариант управления нашими домами без повышения тарифа. С тех пор полтора года мы живем спокойно. (Беспокоит только то, что дома разваливаются от старости.) Правда, тариф в текущем году все же повысился, но не в два раза, а на 6 процентов.

А два года назад, когда все власти и правоохранители, как говорится, в гробу нас видали, мне и моим соседям было очень больно. И мы с отчаянием думали: «Ну как? Как донести нашу беду прямо до Президента?!»

Теперь я вижу как: как председатель совета директоров Мурманского рыбокомбината. Проник мужик на пресс-конференцию Президента под видом журналиста, да еще прорвался к микрофону. Рвался, чтобы выжить.

Я – журналист, я могу просто аккредитоваться. Но не хочу.

Наблюдая прежние пресс-конференции и тех, кто задавал там вопросы, я не видела смысла в аккредитации. Я видела там все то же, что в Приемной Президента.

Поэтому самой ценной информацией с пресс-конференции в четверг 14 декабря было для меня вот что.

«И в регионах, и на федеральном уровне в текущем режиме, – и это я вам говорю как человек, который возглавлял Правительство четыре с половиной года: в 99-м году и в недавнем прошлом четыре года, полный срок отработал, – вы не представляете, какой колоссальный массив работы проходит через Правительство, – сказал Путин. – Это самая тяжёлая и сложная работа в системе управления. Там вмешиваться в каждый вопрос, погружаться даже невозможно, не только вмешиваться. И в регионах то же самое. А в регионах вообще мы часто не дотягиваемся, даже не знаем иногда, что там происходит. Это плохо, конечно, надо знать всё».

То есть Президент публично признал, что правительство не знает о происходящем на местах. И знать не может, потому что у него нет на это времени и сил. И Президент понимает, что это плохо, потому что знать надо.

Отсюда два вывода.

Вывод первый: жаловаться в правительство бессмысленно. Никто жалобы там читать не будет.

Вывод второй: для жалоб нужна специальная инстанция, чтобы собирать информацию, которую правительству знать надо.

Одна такая инстанция есть. Она называется Приемная Президента РФ. Как она работает, указано в начале этого текста.

Возможно, именно по этой причине Владимир Путин дальше сказал вот что: «Но для этого мы проводим и сегодняшнее мероприятие, ежегодные конференции и «Прямые линии». Как бы их ни ругали и как бы ни говорили о том, что они носят формальный характер, – это не так. Вот это есть обратная связь, когда люди напрямую могут добраться до первых лиц государства. Ну и, да, когда это возникает, тогда включается так называемое ручное управление, которое призвано затем систематизировать эту работу».

Из этой цитаты снова вытекают несколько соображений.

Первое. Миллионы обычных граждан России аккредитоваться на пресс-конференцию не могут. Аккредитованные туда журналисты задают не те вопросы, которые ежедевно волнуют рядовых граждан. Рядовых граждан больше волнует не политика и таргетирование инфляции, а кто заставит директора управляющей компании не повышать тарифы и не бросать дома, кто даст работу, чтобы было на что жить и чем платить по тарифам и кто найдет управу на зарвавшихся чиновников.

Второе. Миллионы обычных граждан не могут задать свои вопросы во время одной ежегодной «Прямой линии», даже если она длится не три с половиной часа, а сутки напролет. Граждане не могут быть уверены, что оставленные ими и не заданные Президенту вопросы в виде голосовых, смс-сообщений, тестов и видеороликов обязательно прочтет, прослушает и увидит Президент. А если их прочет и увидит не Президент, а кто-то другой, то вопросы не решатся – в этом граждане точно уверены.

Третье. Если Приемная Президента не исполняет своего предназначения, то надо сделать одно из трех: либо ее ликвидировать, либо уволить всех ее сотрудников за служебное несоответствие, либо изменить принципы ее работы так, чтобы от нее был толк и гражданам, и государству.

Четвертое. Если людям приходится добираться до первых лиц государства по неотложным нуждам, то значит, никакого толку нет во всей системе муниципального управления. Не оправдала себя эта система с 1993 года, когда она была введена ныне действующей Конституцией. Систему надо менять.

От редакции: суждения ув. авторов в рубрике "Мнения" могут не совпадать с мнением редакции и не являются рекомендацией к каким-либо действиям.

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии