- 25 февраля, 2017 -
на линии
Общество

Почему олигархи не дождутся признания. К 25-летию шоковой терапии

25 лет назад, в начале января 1992 года, в России был запущен процесс либерализации цен, более известный как гайдаровская шоковая терапия. Только что появившаяся в результате распада СССР буржуазная Россия перешла к радикальным экономическим реформам. Государство фактически перестало вмешиваться в процесс ценообразования, был запущен процесс гиперинфляции, который быстро обесценил сбережения населения и оборотные средства предприятий. Фактически все россияне в один день стали нищими. Гайдара и его реформы благодарное население помнит до сих пор.

Резкое падение внутреннего спроса населения и инвестиционной активности предприятий фактически предопределило глубокий спад экономики. Остановить гиперинфляцию удалось только в 1995-1996 гг. ценой резкого сжатия денежной массы и сокращения бюджетных расходов. По факту это означало кризис неплатежей, т.е. предприятия рассчитывались между собой векселями и прочими денежными суррогатами. Задержки зарплат в государственном секторе и пенсий стали достигать шесть и более месяцев. В социальном плане это означало консервацию бедности и нищеты.

Российские либералы традиционно заявляли, что гиперинфляция и обесценение советских сберкнижек было неизбежно. Вклады и наличные населения не были обеспечены товарными запасами. Т.е. на эти деньги просто ничего нельзя было купить. Частично это верно. Товарный дефицит в советской плановой экономике был всегда. В результате кризиса государства к 1991 году он достиг ужасающих масштабов. Но при этом не стоит забывать, что многие торговцы специально придерживали товар, надеясь на скорую либерализацию и его продажу по совершенно другим ценам.

Однако советские сберкнижки - это была не только товарная масса. Это были ещё и нефтегазовые месторождения, железные дороги, металлургические заводы. При капитализме любой гражданин может купить акции компаний на фондовом рынке. При социализме фондового рынка нет, сберкнижке нет альтернативы. Обмен же советских накоплений на реальные промышленные активы или принципиально иной вариант приватизации в той ситуации был бы, наверно, не самым плохим выбором. Особенно если бы за быстрым обменом на реальную собственность был бы быстро сформирован фондовый рынок.

Этот выбор - по вполне, увы, понятным причинам - не был сделан.

Насколько "бьются" цифры? Согласно правительственным данным, общая сумма вкладов в Сбербанк на 20 июня 1991 года. составляла около 315,3 млрд рублей в ценах соответствующего периода. Дата выбрана в связи с тем, что 20 июня 1991 года Банк России зарегистрировал устав Сбербанка России как акционерного общества. Соответственно, государство компенсирует только те вклады, которые внесены в Сбербанк России до указанной даты. Для справки капитализация одного Газпрома в нулевые годы превысила $300 млрд. долл., Роснефти $100 млрд. и.т.д. Конечно, в 90-е были другие цены на нефть и прочее, нулевых надо было бы еще дождаться. Однако, реальная компенсация намного лучше, чем ничего. Исторический пик основного российского индикатора рынка акций валютного индекса РТС в 2008 – 2500 пунктов, пик данного индикатора в 90-е, 1997 – более 550 пунктов.

Как известно, приватизация и экономические реформы пошли другим путем. Экономика упала в два раза, т.е. многие заводы превратились в труху. Существенная часть активов была скуплена иностранцами. А наиболее интересные предприятия - просто подарены Кремлем узкому кругу олигархов.

Главный обман так называемых реформатов - это не либерализация цен, а отсечение россиян от реальных активов и созданного целыми поколениями национального богатства. Можно привести в качестве примера, например, "Норильский Никель". На этапе строительства и первоначального развития комбината большую роль играло создание на данной территории Норильского исправительно-трудового лагеря в системе ГУЛаг. Знали бы тогдашние зеки, что результаты их труда задарма достанутся Михаилу Прохорову и Владимиру Потанину.

Ну и в заключение: легендарный глава ЦБР в начале 90-х Виктор Геращенко предлагал компенсацию советских сберкнижек. С этой идеей в принципе был согласен и тогдашний премьер Виктор Черномырдин. Однако Борис Ельцин был принципиально против.

Результаты того дальнего выбора мы ощущаем до сих пор - в отсутствии у современного российского олигархата легитимности.

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии