- 24 августа, 2019 -
на линии

О «курсах выживания» в российской армии

В прессе и в Интернете разгорелась бурная полемика относительно нововведения отечественных Вооруженных сил – «курсов выживания». Кто-то называет их «унизительными» и «противозаконными», кто-то говорит, что «в армии будут служить женщины-терминаторы», кто-то, что всё это фикция, а кто-то, что идиотизм. Какая-то часть негатива, высказанного по вполне здравому новшеству, вероятно, имеет под собой основания. Но обо всём по порядку.

То, что называют у нас «курсами выживания» – это шестинедельные сборы интенсивной общевойсковой боевой подготовки. Теперь они станут обязательными для всех солдат и сержантов-контрактников, как поступающих на службу, так и проходящих её давно. Это касается не только военнослужащих подразделений, которые должны непосредственно вести боевые действия «в поле» (мотострелки, ВДВ, МП и т. д.), но и всех специалистов Вооруженных сил, не исключая технических специалистов и женщин-военнослужащих. А непрохождение курса или провал экзаменационной его части может стать для контрактников основанием для увольнения из рядов Вооруженных сил - как не соответствующих требованиям, предъявляемым к профессиональным военным.

Собственно, это и происходит. Начальник пресс-службы ВВО сообщил недавно, что по результатам второй серии этих курсов ещё 350 военнослужащих будут уволены. В ЮВО этим летом курс не прошли почти тысяча военнослужащих. Что интересно, так это то, что некоторое количество написали рапорта с отказом от прохождения сборов ещё до их начала, а часть была отсеяна на медкомиссиях. То есть далеко не все досрочно покинули сборы, не выдержав их тяжести.

Теперь к самим курсам. Это действительно общевойсковая подготовка, которая, казалось бы, не имеет прямого отношения к представителям ВВС, ПВО (ВКО), связи, Флота, технико-эксплуатационных частей. Интенсивность курса и нагрузки на проходящих его – действительно очень высоки. Хотя это, конечно зависит от условий конкретной учебной части. Но в целом курс универсален для всех учебных центров. Он включает весьма интенсивную физическую подготовку и не менее интенсивную боевую: огневую, тактическую, медицинскую, инженерную, РХБЗ и т. д., которая проводится как тренировочно, так и со сдачей нормативов. Курс сопровождается многочисленными «выходами в поле» - на полигоны. А заканчивается большим марш-броском (около 50 км.) в условиях, максимально приближенных к боевым (насколько это возможно в учебке). Питание – сухпайки, скрытность марша и маскировка, разбивка полевого лагеря, охранение и действия против «выживающих» – «учебных диверсионных групп», практические занятия по тактике действий малых подразделений, физическая усталость и отсутствие ларька за углом – всё как в американских фильмах, а-ля «Солдат Джейн». Ну и итоговые экзамены по физподготовке и дисциплинам боевой.

В целом - ничего выходящего за рамки общей боевой подготовки сухопутных войск, за исключением высокой интенсивности занятий и реальных последствий несдачи нормативов – нет. Сами нормативы учитывают пять возрастных категорий. Курс для женщин имеет незначительные отличия, но в целом вполне проходим. Например, в ВВО из 1,5 тыс. «выживавших» дам, в том числе и так называемого «сверхпредельного возраста», досрочно выбыли только пять. По сути – это курс молодого бойца, только поставленный на качественно высокий уровень и не включающий строевую подготовку и несение внутренней службы – этого хватает и в частях – чистая боевая подготовка с большой интенсивностью занятий. Собственно к «выживанию» следует отнести некоторые бытовые ограничения на «выходах», физические нагрузки, и печальные перспективы в случае несоответствия подготовки требованиям Вооруженных сил. То есть, всё то, что привычно служит оправданием для низкого уровня общей боевой подготовки в некоторых подразделениях – несоответствие лич. состава «идеалу», объективные трудности, «сложность» подготовки по специальности, не оставляющая времени на общую, и т. д. – здесь просто не принимается в расчет.

Нужно ли это военнослужащим «небоевых» подразделений (морякам, связистам, техникам и т. д.)? В моем понимании – да.

Во-первых, поскольку «небоевых» подразделений быть не может, а реальные боевые действия могут потребовать от военнослужащего любой специальности и пола действовать, лёжа в грязи с автоматом, а не нажимая кнопки или крутя баранку и гаечный ключ. И плохая подготовка и сложность специализации, так же как возраст и состояние здоровья, в такой ситуации не станет оправданием перед противником. Считать такую ситуацию маловероятной – значит «отбывать службу», а не готовиться к войне, для которой любой военный и учится в мирное время.

Во-вторых, поскольку требования, предъявляемые к годности для службы в любом подразделении, предполагают определённую физическую форму и отсутствие противопоказаний по здоровью. А так же готовность защищать Родину не только по специальности, но и «стойко и мужественно переносить все тяготы и лишения воинской службы», поскольку сама служба эти тяготы и лишения предполагает.

В третьих – поскольку преимущество добровольного комплектования ВС перед принудительным предполагает качественную разницу в уровне подготовки и профессионализма. Конечно, главной причиной увеличения доли контрактников является сложность освоения современной военной техники. Подготовка профессионала сложна в сроки призывной службы. Ротация в подразделении увольняемых в запас и молодых призывников делает общий уровень подготовки «средним», а боеготовность недостаточной. Тем не менее, профессионал, получающий за знания и умения зарплату и приходящий на дежурство, как на работу, должен оставаться военным, а не просто наёмным работником.

Он должен понимать, что выбрал профессию, связанную с риском для жизни и готовностью жизнью пожертвовать не за зарплату, а за Родину – только это отличает военную профессию от любой гражданской. Зарплата только обеспечивает достойный уровень жизни для того, кто готов жизнь отдать. И если заключающий контракт этого не понимает и считает службу всего лишь неплохим вариантом работы – значит, он выбрал работу неправильно. Поэтому мне неловко слушать некоторых готовящихся «выживать», говорящих об идиотизме и бессмысленности курса для «суперспециалиста», которому «по службе положено дежурить на узле связи, а не по грязи ползать». Так можно дежурить на любой гражданской работе, которая вообще избавлена от многих военных особенностей и не требует от хорошего специалиста напрягаться для поддержания физической формы и время от времени жертвовать комфортом.

Теперь о проблеме курсов, которая более реальна, чем рассуждения о «женщинах-терминаторах» и опасения тех, кто слегка расслабился за время дежурств за пультами, за своё здоровье и грядущие неудобства. В целом принимающая сторона учебных центров довольно лояльно относится к своим курсантам. Скажем, немного давая передохнуть на выходах слишком замученному учебному взводу, они вряд ли снижают общую нагрузку и пользу от курсов. Тем более что нагрузка действительно очень высока, а целью сборов является всё же не отсев «негодных», а качественная боевая подготовка, интенсивностью и условиями максимально приближающая курсантов к обстановке реальных боевых действий. Но вот когда за сдачу экзаменов начинают собирать деньги, намекая на то, что принимать экзамены можно по-разному, а с «двойками» светит увольнение из ВС – это первый шаг к профанации самой идеи «курсов выживания». Такой «бизнес» практикуется на взводном уровне и частенько спровоцирован самими излишне напуганными «выживальщиками».

Тем, кто едет на сборы, вестись на это не стоит. Во-первых, поскольку никакой установки на отсев – НЕТ! Даже несмотря на бодрые заверения принимающей стороны о том, сколько из приехавших не смогут пройти – надо понимать, что они тоже смотрели фильмы об американских сержантах, ну и настроить на серьёзный лад хотят сразу. Во-вторых, поскольку все заваленные нормативы можно пересдать на аттестационной комиссии. А большинство тех, кто действительно будет уволен из-за курсов – это либо написавшие рапорта заранее, либо после первых напрягов, к которым не привыкли на службе, либо отчаянно сачкующие по медицинской линии, либо действительно профнепригодные – положа руку на сердце, таких среди сослуживцев вспомнит каждый.

Ещё одна проблема, это экипировка. Никто вещевым имуществом отправляющихся на сборы не обеспечивает и компенсировать купленное за свои деньги не будет. Справедливости ради, хочу сказать, что приехавшие на сборы с уставной экипировкой имеют больше трудностей, чем те, кто позаботился об удобной и лёгкой обуви, вещмешке с широкими лямками, лёгким спальником, подменкой и проч. Впрочем, многое из того, что и так покупается для службы на свои, никаким вещевым довольствием не предусмотрено. Можно только надеяться, что какие-то меры для улучшения этой ситуации будут приняты со временем. Но пока лучше надеяться на себя.

В заключение хочу пожелать тем, кто готовится «выживать», хорошей погоды и терпения! Вам точно будет что вспомнить.

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии