- 19 декабря, 2018 -
на линии
ЭнергоКурс

Китайский нефтегаз: от казённого министерства к «букету мировых империй»

Китайский нефтегазовый сектор — это уже давно не громоздкое министерство и даже не одна госкомпания. Ещё в 1980-х годах из активов Министерства нефтяной промышленности Китая были выделены три нефтегазовые компании. Самая крупная — CNPC (China National Petroleum Company) — получила активы по разведке и добыче на суше. Компании Sinopec достались нефтеперерабатывающие мощности, а CNOOC (China National Offshore Oil Company) стала заниматься разработкой морских нефтегазовых месторождений. Но в какой-то момент китайское руководство решило поощрять конкуренцию между компаниями «большой тройки», чтобы повысить эффективность работы этих корпораций. В результате к настоящему времени эти компании стали вертикально интегрированными, то есть у них появились активы во всей цепочке — от переработки до сбыта.

В начале 2000-х нефтегазовые корпорации Китая вышли на биржу. Владельцем всех трёх компаний осталось правительство, но в каждой появилась дочерняя структура, в которую головные компании вывели наиболее важные активы. Акции этих дочерних компаний торгуются на Гонконгской, Шанхайской и Нью-Йоркской биржах. У Sinopec это Sinopec Corp., у CNOOC — CNOOC Ltd, и только у CNPC название дочерней компании заметно отличается — Petrochina. Доля государства в разных компаниях несколько отличается, но контрольный пакет во всех случаях остаётся в госсобственности.

Эти (уже давние) трансформации в китайской нефтянке мы описывали ровно год назад. Но жизнь не стоит на месте, и либерализация «нефтегаза» в КНР продолжается. А быстрый рост спроса на природный газ приводит к тому, что именно в этой области изменения проходят наиболее интенсивно.

CNPC — курс на глобальную компанию

Из «большой тройки» CNPC по-прежнему опережает двух младших сестёр по основным показателям производственной деятельности. Что неудивительно, ведь это было заложено в саму структуру разделения. Но все национальные нефтегазовые компании в КНР пытаются стать компаниями глобальными. И, разумеется, в первую очередь CNPC и Petrochina, которые потратили в прошлом году 20 млрд долл. на нефтегазовые активы в целом ряде стран: Австралии, Мозамбике, Перу, Бразилии. Кроме того, Petrochina приобрела и 25% в иракском месторождении «Западная Курна-1». Напомним, что CNPC — и инвестор (20%) российского проекта «Ямал СПГ».

У себя дома CNPC подвергается давлению со стороны небольших компаний, которые пытаются пролоббировать в правительстве меры по своему доступу к трубопроводным мощностям CNPC (и, в конечном счёте, как представляется, — выделения этих активов в отдельную компанию). Но в среднесрочной перспективе, по мнению наблюдателей, серьёзных изменений здесь ждать не следует.

Справедливости ради отметим, что от своего отчасти монопольного положения на рынке компании достаются не только «плюшки». Так, несмотря на недавний раунд повышения внутренних цен на газ (а они — регулируемые) импорт топлива из Средней Азии (и даже из Мьянмы) по-прежнему остаётся невыгодным для Petrochina — только за прошлый год это привело для компании к убыткам в размере 8 млрд долл.

Sinopec — от НПЗ к «сланцам»

Изначально «заточенная» под активы в области нефтепереработки Sinopec уже значительно диверсифицировалась. Добыча нефти компании внутри страны составила 0,85 млн баррелей в день (для сравнения — всего в Китае нефти добывается чуть больше 4 млн баррелей в день, ещё около 6 млн баррелей — импортируется). Плюс небольшие объёмы нефти добываются и на зарубежных проектах Sinopec. Кроме того, здесь следует напомнить и о договорённостях «Роснефти» о поставках российской нефти в Китай. Часто рассматривают КНР в качестве единого импортёра, не обращая внимания на конкретную компанию. И действительно, первые контракты были подписаны с «главной» CNPC. Но прошлой осенью были зафиксированы новые договорённости о продаже «Роснефтью» этого топлива, но уже не для CNPC, а для Sinopec, — по 10 млн тонн в год (то есть 0,2 млн баррелей в день) в течение 10 лет.

В области нефтепереработки Sinopec сохраняет лидерство — с мощностями на 4,7 млн баррелей в день, то есть чуть меньше половины всей китайской переработки.

По газу — по итогам прошлого года было добыто 19 млрд кубометров, относительно немного на общем фоне (преобладающая часть добычи — это CNPC). Но «звёздный час» Sinopec может быть связан с добычей сланцевого газа. Как известно, китайские планы по добычи сланцевого газа анонсировались на уровне 6,5 млрд кубометров к 2015 году и 100 млрд к 2020 году. Как считается, прогнозы эти завышенные (особенно — вторая цифра), так как объёмы за прошлый год много скромнее — 200 млн кубометров. И вот недавно Sinopec объявила, что готова довести сланцевую добычу на своём проекте в Фулине до уровня в 10 млрд кубометров к 2017 году. И если верить приведённым данным, то этот результат может быть реализован. Дело в том, что на данном участке производительность скважин выглядит очень неплохо, на уровне американских запасов, и значительно лучше, чем в той же Польше. Компания в прошлом году уже пробурила в Китае около 20 скважин на сланцевый газ, примерно столько же, сколько CNPC.

Ну и, конечно, зарубежные инвестиции — без этого крупной китайской корпорации вроде как уже и неприлично. Помимо инвестиций в американский «сланец», и уже отмеченных выше проектов по добыче нефти за рубежом, Sinopec рассматривает и участие в канадском терминале по экспорту СПГ.

У третьего китайского гиганта CNOOC уже строится совместное с британской BG производство по сжижению газа в Австралии. Кроме того, напомним: несколько лет назад CNOOC купила канадскую компанию Nexen, а сделка стала крупнейшим (около 15 млрд) поглощением западной компании со стороны Китая. Теперь добыча Nexen (за пределами КНР) обеспечивает и седьмую часть от суммарной нефтегазовой добычи CNOOC.

Импорт сжиженного газа: CNOOC и все-все-все

Но наиболее радикальные изменения проходят в сфере импорта (в виде СПГ) и потребления природного газа. Учитывая, что прибрежные районы страны — это ещё и наиболее развитые территории, логика здесь понятна. Газ сможет потребляться рядом с точкой импорта без необходимости в дорогостоящих тысячекилометровых газопроводах, как это происходит в случае закупок среднеазиатского газа.

Кроме того, реформирование механизмов ценообразования на газ в стране началось именно с этого региона, в результате чего внутренние цены здесь намного привлекательней, чем на большей части территории Китая. В результате, компании заинтересованы даже в закупках дорогого СПГ, и главное, интерес к этому бизнесу вовсю проявляют относительно небольшие компании.

Сейчас — основной импортёр СПГ (около 15 млн тонн в год) — CNOOC. Значительно меньшие объёмы закупает Petrochina, вскоре к ним присоединится и Sinopec. Но потенциал спроса на СПГ намного больше. И как грибы после дождя — позволим себе это банальное сравнение — стали появляться проекты терминалов по приёму СПГ, которые будут контролироваться небольшими компаниями, в том числе и частными. Сейчас такие компании покупают газ у представителей «большой тройки».

Среди них ENN Energy, один из крупных дистрибьюторов газа в Китае, которая в настоящее время готовит собственный терминал по приёму СПГ мощностью 3 млн тонн в год. Как ожидается, он будет запущен в районе 2016 года. Кроме того, ENN развивает собственную программу по сети газовых заправок, у компании уже есть 250 заправок с КПГ (компримированный, то есть сжатый природный газ) и 125 заправок на СПГ.

Как сообщает Platts, Xinjang Guanghui Petroleum совместно с Shell планирует терминал мощностью 600 тыс. тонн, который к 2019 году может быть расширен до 3 млн тонн. Компания Jovo Energy уже построила свой небольшой терминал и получила несколько грузов СПГ. Похожие планы и у других участников рынка. Сотрудничество с такими небольшими частными компаниями Китая, как представляется, станет интересной опцией для трейдеров и торговых подразделений производителей СПГ, в то числе и российских.

Газ для электроэнергетики: возможности интеграции

Сейчас в КНР для выработки электроэнергии используется незначительная часть потребляемого газа — ему пока трудновато выдерживать конкуренцию с углём. И, напротив, пока на газ приходится всего 2% от китайской генерации. Но рост газовой электроэнергетики продолжится. И тут появляется ещё один интересный аспект — создание интегрированных компаний уже и в газовой генерации.

К примеру, китайская CHC, входящая в пятёрку крупнейших генерирующих компаний Китая, и на которую приходится около 10% всей вырабатываемой энергии, также настроена самостоятельно импортировать СПГ на свой собственный терминал. Более того, компания планирует поучаствовать в канадском проекте по сжижению газа, чтобы ещё больше удлинить цепочку.

Ранее мы отмечали, что китайская Shenhua, крупнейший производитель угля в Китае, решила инвестировать в американскую сланцевую добычу газа. Возможно, это связано с тем, что у этой компании тоже есть планы по расширению своего бизнеса и в области электрогенерации, в том числе газовой. И наоборот, неоднократно упоминавшаяся CNOOC, пока основной импортёр СПГ, в Китае одновременно является и крупнейшим владельцем газовых электростанций.

Подытоживая: китайский энергетический рынок становится всё интереснее, разнообразнее и гибче. Мы постараемся следить за развитием событий.

 

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии