- 19 декабря, 2018 -
на линии
ЭнергоКурс

Есть ли у нас план? К началу строительства «Южного потока»

События последних дней на Украине однозначно отвечают на вопрос, почему «Газпром», несмотря на известные проблемы, всё же приступил строительству «Южного потока». Дело даже не в том, что ГТС Украины постепенно приходит в негодность. Главное — развитие политической ситуации на Украине говорит в пользу того, что в какой-то момент стабильность транзита может оказаться под вопросом вне зависимости от технического состояния газопроводной сети. Так что здесь российская монополия, просто проявляет здравый смысл, хотя и идет на поводу у Евросоюза.

Так или иначе, газопровод «Южный поток» будет построен. Это стало окончательно понятно в последние недели, когда начались работы в Болгарии и Сербии. На середину будущего года намечена укладка первой нитки морской части газопровода. Напомним, что морская часть будет состоять из четырех газопроводов общей мощностью 63 млрд кубометров (15,75 млрд каждая). Газ из первой нитки, как ожидается, пойдёт по Европе на рубеже 2015-2016 годов, а к 2018 году «Южный поток» выйдет на полную мощность.

Тем не менее, старые проблемы никто не отменял. Ведь никаких разрешений для получения особого статуса для «Южного потока» по-прежнему нет. А значит, половину сухопутной части трубопровода ЕС может отобрать для транзита газа из других источников.

Поэтому, несмотря на вышесказанное — хотелось бы понять, какую тактику и стратегию намерен выбрать «Газпром», чтобы заставить Еврокомиссию получить для «Южного потока» статус исключения из новых европейских правил. И собирается ли он это делать вообще? Ведь при запуске строительства болгарского участка монополия, якобы согласилась на доступ к трубопроводу других поставщиков.

Вопросы остаются, с ответами — ясности мало. Итак, для начала «Газпром» строит первую морскую «нитку» — 15, 75 млрд кубометров. Уже здесь появляются варианты.

Во-первых, можно сразу построить удвоенную мощность трубопровода по европейской территории, чтобы гарантировать полную загрузку морской части. Это важно еще и потому, что необходимо проложить и масштабную инфраструктуру по российской сухопутной территории. И простаивать, если так сложится, будет весь этот комплекс. Кроме того, эти 15,75 млрд отчасти решат первоочередные проблемы стран юго-восточной Европы, в случае перекрытия украинского направления.

Возможно, именно такой вариант мог бы стать оптимальным. Но только в том случае, если дальше — никаких новых строек до получения соответствующего статуса для европейского сухопутного участка. То есть вторая морская нитка должна подключаться к уже готовой сухопутной инфраструктуре, выведенной из-под действия Третьего пакета.

Но есть и другой вариант. Когда «Газпром» строит эквивалентные мощности трубопровода по российской территории, в море и на территории Европы. Но затем половина мощностей в море, и в России простаивает. Именно этот произошло в случае «Северного потока» (55 млрд кубометров), когда вторая ветка в нынешних условиях оказалась фактически лишней. На днях Еврокомиссия вновь взяла паузу в четыре месяца для принятия решения по газопроводу OPAL (36 млрд кубометров, сухопутное продолжение «Северного потока»). Второй сухопутный отвод (NEL, 20 млрд кубометров), похоже, в любом случае сможет заполняться российским газом только наполовину.

Остается полностью неясным, в какой степени «Газпром» делит риски по транзиту с другими участниками «Южного потока». Напомним, что в случае северного маршрута и морские, и сухопутные (за рубежом) участки газопровода — совместные предприятия «Газпрома» с иностранными партнёрами, где у российской монополии в среднем около 50% акций. Но если на суше риски «непрокачки» действительно разделены с остальными компаниями-участниками, то на морском участке контракт на прокачку включает в себя условие «ship-or-pay» — «качай-или-плати», то есть здесь монополия взяла на себя все издержки и потери.

Сколько мы теряем на простое «Северного потока» (даже без учета потерь за простой газопроводов OPAL и NEL, российской инфраструктуры), нетрудно посчитать. Тариф на прокачку по морскому участку — 27 долларов за тысячу кубометров. При недопоставках 27,5 млрд кубометров в год (т.е. при уровне загрузки в 50%), это — 742,5 млн долларов. В октябре степень использования «Северного потока» составила 41%, и даже после запуска NEL ситуация улучшилась незначительно.

«Южный поток», как известно, дороже, а значит, возможные потери будут ещё больше. Разделение рисков по транзиту важно не только потому, что в таком случае «Газпром» понесет меньшие потери. Это означает, что европейские партнёры по проекту будут с большим энтузиазмом лоббировать в Еврокомиссии необходимые поправки.

Написанное выше не означает, что «Южный поток» не нужно строить. Но хотелось бы всё же знать ответы на ключевые вопросы по этапам стройки, понимать план действий по диалогу с ЕС, и каковы гарантии того, что проблемы «Южного потока» не окажутся такими же, как у «Северного потока». Тем более, повторим в очередной раз, на севере Европы нет чужого газа для наполнения OPAL и NEL. На юге же российский газопровод может быть использован для транспортировки азербайджанского топлива, а в перспективе и газа средиземноморских запасов. И действовать нужно достаточно быстро, пока у российского газа нет серьезных конкурентов в регионе.

Хочется верить, что какой-то план у «Газпрома» есть. Возможно, что-то станет ясно в ближайшие месяцы: winter is coming.

Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии