- 19 августа, 2018 -
на линии
Экономика страны

Дань или не дань. К русским миллиардам в облигациях США

На страницах «На Линии» развернулась нешуточная дискуссия о том, являются ли данью те средства, которые Россия вкладывает в государственные облигации США. Сначала биржевой эксперт Александр Разуваев, указав на то, насколько пропорционально меньшая часть российских резервов, по сравнению с резервами других стран, вложена в трежериз, а также на высокую (относительную, конечно, всё в этом мире относительно) надёжность американских облигаций, отверг версию о контрибуционном характере данных инвестиций, попутно припечатав всех, кто твердит о дани, «аналитиками с низким уровнем профессиональной ответственности». После чего Дмитрий Адамидов счёл нужным опровергнуть утверждения Александра, обозвав его либеральным экономистом.

Хотя меня ещё никто не называл либералом, я в данной дискуссии всё-таки вынужден принять сторону Александра, но вовсе не из-за нашей с ним дружбы, а из любви к истине, которая, как известно, дороже. На мой взгляд, в данном случае происходит банальный спор о дефинициях, вызванный разницей в бэкграунде оппонентов. Мне по роду моей работы нередко приходится «переводить с экспертного на русский», а также отвечать на вопросы, которые тексты аналитиков вызывают у рядовых читателей и журналистов, поэтому данная проблема мне знакома. Да, экономические эксперты часто говорят нечто, что человеку неподготовленному требуется разжевать, проделав весь логический путь доказательства теоремы, которая для эксперта уже давно доказана и подразумевается сама собой.

Итак, когда Александр говорит об абсолютной надёжности и ликвидности американских облигаций, он, естественно, выводит за скобки сценарии, означающие крушение всей ныне существующей экономической и финансовой системы. Разумеется, в случае, если на Земле развернётся тотальная ядерная война, если на нас упадёт астероид или начнётся зомби-апокалипсис, никто нам не вернёт долларов, вложенных в казначейские бумаги США. Но, мягко говоря, доллары нам в такой ситуации понадобятся не больше, чем любая другая валюта. Можно, конечно, вкладываться на такой случай в мыло, патроны и гречку, но пока этот сценарий не реализован, эти вложения не могут быть приоритетнее задач финансирования импорта и бюджета.

И если даже рассматривать некий хардкорный сценарий на территории Америки с гражданской войной, распадом государства и полным отказом от погашения обязательств, надо признать, что он будет для мировой экономики пусть и не столь трагичным по форме, но близким по содержанию к вышеописанным катастрофам. Поскольку США является крупнейшим мировым потребителем (в том числе крупнейшим потребителем для эмитентов трёх альтернативных валют – евро, юаня и йены), и в долларах США номинированы валютные резервы большинства стран мира (в значительно большей степени, чем у РФ), всю мировую экономику в случае американского дефолта ждёт коллапс, и в таком случае долларовые и евровые, йеновые и юаневые бумаги в наших резервах превратятся в абсолютно бесполезные единички и нули на дисках банковских компьютеров.

И, что характерно, накопления в драгметаллах, которые вроде бы не зависят от экономического положения отдельных стран, тоже не являются альтернативой долларам и евро. Поскольку мировые цены золота, платины и серебра во многом обусловлены объёмами виртуальных долларов, обращающихся на срочном рынке. И если эти доллары вдруг перестанут быть платёжным средством, количество потенциальных покупателей золото сильно сократиться. Да и промышленный спрос на драгметаллы, а заодно и привычка индийских мужчин одаривать своих невест килограммами золотых украшений, каждый год повышающая мировые цены в сезон свадеб, видимо, подвергнутся значительной понижательной коррекции. Не до золотых клемм и колец в носу будет тогда человечеству. Впрочем, и спрос на другие биржевые товары, которые предлагаются в качестве альтернативы доллару, например, на нефть, тоже в таком случае существенно просядет.

Но есть и хорошая новость – вероятность того, что США не смогут погашать свои облигации, крайне низка. Разве что ситуация в стране будет настолько плоха, что не то что компьютеры банков ФРС не будут работать, но даже бумага и краска на Вашингтонщине кончатся. Поскольку, в отличие от упомянутых Дмитрием Адамидовым случаев дефолта США, на этот раз долги их номинированы не в иностранной валюте и не в золоте, а в тех самых бумажках, которые пока остаются самым конкурентоспособным товаром американского экспорта.

Нельзя сказать, что ситуация, при которой всё завязано на доллар, не имеет своих негативных аспектов для государств, размещающих свои резервы в американских гособязательствах. И все участники мировой торговли, в том числе и Россия, стремятся тем или иным способом снизить роль доллара в международной торговле. Благодаря этому за последние два десятилетия существенно возросла доля альтернативных валют в мировой торговле и их доля вместе с драгметаллами в резервах ведущих экономик. Однако пока никто не готов взять на себя роль эмитента главной мировой валюты на замену доллару.

Ведь такой статус тоже имеет свои неблаговидные свойства. Например, вы попадаете в ситуацию, когда в качестве эмитента вы заинтересованы в высоком курсе своей валюты, а в качестве страны-производителя теряете конкурентоспособность из-за него. И вообще экспорт для вас становится сомнительным видом деятельности – ведь в его результате вы отдаёте реальные товары в обмен на бумажки, которых и так себе можете напечатать сколько влезет. А поддерживая отрицательное сальдо внешней торговли вы создаёте ситуацию, при которой ваши собственные граждане и предприятия на вашей территории всё больше требуют господдержки в той или иной форме, что вынуждает вас наращивать долги. Финансовая пирамида выгодна для организаторов, если они способны вовремя смыться. А куда смываться США?

Так что взаимоотношения Америки и остального мира в рамках Бреттон-Вудской системы несколько сложнее, чем отношения данника с победителем. Это, скорее, напоминает старую притчу о женской дружбе. В ней рассказывается о том, как змея, спасаясь от пожара, прыгнула на спину плывущей по реке черепахи. И вот черепаха думает «если сброшу – укусит», а змея «укушу – сбросит». Такие дела.


Загрузка...
Чтобы участвовать в дискуссии – авторизуйтесь

загружаются комментарии